В теле пацана . Части 1-7

вторую.
– Значит это от тебя, – принимает презент. – Полная?!
– Секунду, – улыбаюсь и являю открывалку. Делаю джентльменский жест в виде ловкого движения открытия бутылки, при том, что она остаётся в её руках.
Ольви смотрит, и на миг мне показалось, что она хочет меня убить. Затем настороженно нюхает.
– Запах браги, – заключает.
– Так и есть.
– Понятно, – произносит на выдохе и отстраняет бутылку.
Затем берёт мою кисть в свою нежную и одновременно цепкую. И смотрит мне прямо в глаза. Секунды три жду, затаив дыхание. Кивает одобрительно.
– Всё, как и предполагала. Артефактор из меня путёвый, – выдыхает с облегчением, и добавляет: – можем собираться.
Становится грустно, когда она возвращает мне вещи, а сама уходит переодеваться в другую комнату.
Натягиваю штаны. На трусах пятна уже нет. Но от этого не легче, она всё видела. Зафиксировала в своей пытливой голове, сделала выводы. Пока терзался, она вернулась в своём синем облегающем костюме. А я только штаны успел одеть.
– Давай поторопимся, в Леванте скоро хватятся тебя, – заявила, и с этими стала помогать мне застёгивать рубашку.
Аккуратно, не касаясь кожи. Так мило и заботливо, что в конце я даже вздохнул тяжело. А ей хоть бы что.
– Готов?
Кивнул. Подалась и обняла крепко. А я ухватил её на этот раз за талию.
Перенеслись прямо к двери в мои покои. Стражники вскрикнули и отшатнулись в ужасе, увидев нас. Но быстро перестроились, залюбезничали. Особенно при виде очаровашки Ольви.
– Зайдёшь? – Спрашиваю.
– Нет, – отвечает односложно, глаз с меня не сводя.
– Ну, зайди на секундочку, – говорю загадочно и иду, ещё не убедившись, что согласилась.
Заходит следом. Дверь за собой закрывает. Но остаётся на месте.
– Кристаин, – раздаётся от неё так неуверенно.
– Да, Ольви? – Отзываюсь, пятясь к кровати и делая свои фирменные «пёсьи» бровки.
– Ты отнимаешь моё время, – говорит снова своим ровным безразличным тоном.
– Тебе же любопытно, ведь так? – Издеваюсь над ней.
– Да.
– Правильно, я не знаю иного наслаждения, как познавать, – выдаю уже цитатами мудрецов, которые с этой девушкой навеяло. – Коль хочешь мир познать, что скрыт в тени, ты в собственное сердце загляни. А если сам себя познать захочешь, смотри, собой себя не заслони.
Ольви ротик приоткрыла от удивления. А я подошёл к столу и явил ещё пару бутылок драгоценной для неё тары. Подошёл и вручил.
Приняла, как завороженная, глазами в глаза смотрит. А голубые глазки сейчас, как две крохотные галактики.
Ох, теперь я знаю, что ты там под блузочкой прячешь.
– Открывалка осталась у тебя в мастерской, если что, – произнёс и добавил с грустью. – Это всё, что пока могу тебе предложить в благодарность.
– Отнюдь, – произнесла девушка, снова пребывая в равновесии.
Развернулась резко. И без помощи рук открыла дверь.
– До новых встреч, Кристиан, – попрощалась, не оборачиваясь.
– Успехов в освоении электричества, Ольви, – пожелал ей в след. – Попробуй медные провода.
Секунды две она ещё стояла, замерев. А потом двинулась наружу, ничего на это не ответив. Дверь захлопнулась, будто от сильного ветра, скрывая её утончённую фигуру от моих глаз.
Вскоре Мия принесла ужин, взмыленная и встревоженная.
– Как Элиза?! – Ахнул я.
– Уже лучше, – вздыхает.
– Тогда что с тобой?
– Через два дня состоится королевский бал, – отвечает служанка. – А у нас вообще ничего не готово.
– Что за повод дискотеки устраивать по время чумы?! – Не выдержал я. Только с охоты погибших хоронили.
– По случаю помолвки принца Фейрата и принцессы Имиретты, – отвечает Мия.
И сердце моё обрывается.

Бал назначен на последний день восьмидневной недели. Проще говоря – на второе воскресенье. И продлится он весь рак, то есть неделю!
Ещё ночью меня осенило. Нет, я не буду страдать и плакать. Ага, почти до самого утра не мог заснуть, мысли в голове роились, разгоняя сердце.
Что ж, Имиретта. Ты сделала свой выбор. А теперь смотри, кого ты потеряла.
Переполненный вдохновением и авантюризмом, решил подготовиться к балу по – полной программе! Чтобы принцесса Огнепламенная увидела меня во всей красе. И страдала!! Страдала… страдала и… рыдала!
С подъёма понял, что вообще ничего не болит. И у меня на это есть лишь одно объяснение. Ольви, милая моя.
– На время подготовки к королевскому балу и во время его проведения все занятия отменены, – заявил пришедший утром Деодор. – Поэтому у меня появилось время на твоё