В теле пацана . Части 1-7

бело и светло, как днём. Минуем почти пустой холл с раздевалкой, где оставляем верхнюю одежду у лакеев. Двигаем дальше через арку, будто въезжаем на Красную площадь. Вот такое вот впечатление! Основному залу с колоннами узенькими по флангам конца и края нет. Широченный, как саркофаг Чернобыльской АЭС, украшенный всякими висюльками, и сверкающий разноцветными огоньками, будто празднуем новый год, утыканный цветами, которые прямо букетами на колоннах по спирали выложены, и выполняют определённые цветовые и художественные композиции. Я не знаю, сколько они выбрили садов, но здесь, наверное, цветочных магазинов штук двадцать. Всё, млять, в цветах. Соответственно и пахнет, как в саду.
— Крис, это что за сказка⁈ — Ахнула оторопевшая Инесса, минуя арку.
— Пыль в глаза, — брякаю себе под нос и уже по громче: — Сказка для сказочных принцесс!
— Весьма не дурно, — выразил своё мнение Белоис, прожевав слова.
Конечно же, девушки в восторге. Даже Ольви раскрыла свои глазища ошарашенно. И побоку на гостей, которые пестрят одеждами и украшениями не хуже. Зал не обеденный, столов и стульев нет. Большинство людей кучками у фуршетных столиков обосновалось. Хотя вон арки всюду в стенах, где ещё залы с диванами для отдыха и там уже сидят, смеются, попивают. Слуг в бежевых костюмах с подносами, как гостей. В общем, человек четыреста в зале, гам такой, что музыка от двух полноценных оркестров, разместившихся справа и слева по центру зала, еле превозмогает. Хотя пока только разогреваются скрипками. Трубачи и барабанщики отдыхают, гостей рассматривая.
Потолок высокий, арочный, вокруг по залу, начиная, где заканчиваются колонны, внутренними балконами опоясано всё в четыре этажа. Лестницы наверх тоже через арки просматриваются. Всё, как в плане. Я даже знаю, где туалеты, где у них музеи искусства и смотровые площадки. До седьмого этажа можно спокойно подняться и отсюда, лестницы с обеих сторон зала мраморные, широченные.
И это всё, одно, мать его крыло, а ещё четыре таких же. И, начиная с шестого этажа по принципу пирамиды уже меньшего размера комплекс с открытыми площадками по периметру. А на его крыше в свою очередь ещё комплекс стоит, как раз там и покои Шатура, его кабинет, спальни, лаборатории, мастерские, гостиные и всякие приёмные.
Но до этого ещё дойдём! А пока мы в общем зале, где стараюсь не глазеть, держать непринуждённое лицо, с видом, будто я и не такое видел. Аз есьмь принц! Инессе челюсть снизу подпираю, захлопываю с щелчком. Минуты две девушки отходят от впечатлений и перестраиваются. Белоис делает важный вид практически сразу, дочку под руку берёт. Главное, чтобы этот придурок не проговорился, что он её отец. Мы это обговаривали!
Идём двумя парами в одну шеренгу, прогуливаемся. Свободная центральная часть зала широкая настолько, что лица у фуршетных столиков тяжело рассмотреть. А уж тем более сходу узнать.
По полу мраморному цокают каблуками высокими мои курочки, куда идём, зачем, нихрена не понятно! Задницы торчат бразильские, внимание со всем сторон притягивают. Лиц — то не рассмотреть, а вот сканирующие лучи из зенок чётко прослеживаются.
До конца зала прошлись, дефилируя, минут пятнадцать потратили. Белоиса раза три осекал, скотина всё к столикам с выпивкой клонился. Хорошо, что официанты с подносами там же шастают, на центральную дорожку не высовываясь. Хотя советник какие только жесты им не делал и сигналы не давал.
К лестнице приблизились, где на первом же пролёте, откуда уже ступени в две стороны расходятся, картина на всю стену пять на десять метров навскидку с красочной баталией Драконов. Маслом на холсте, похоже. Но если присмотреться, нихрена Драконы друг с другом не дерутся. Там мужчина на Зевса — бога грома похожий молнией их долбит. Красного и Синего. А под ними ещё и трещина разверзлась, будто изо льда. А из глубины пропасти ещё и чёрное звёздное небо смотрит.
Вот те и фольклор с явными намёками на самом виду.
К крайней колонне с цветами отошли с центра. А то, как тупые белые вороны, не знающие, куда себя деть. Белоис, наконец, бросился к пирамиде с шампанским и закускам. Ещё и Инессу за собой потянул. Там и кучка господ совершенно незнакомых, но очень разговорчивых. Накинулись на деда знакомиться и расспрашивать. Пришлось тоже подтягиваться и кивать, как дураки.
Оказались с Энисуэллы, два графа со всем семейством. Детей только не взяли, мол, с двенадцати циклов отроду сюда только можно припереться. Ну а как? Целых пять девушек на выданье приволокли, одни пухлые,