В теле пацана . Части 1-7

своей мастерской возится, вероятно, проверяя подкинутую мной идею. И судя по тому, как она увлекается процессами, может вообще забить на меня сегодня. Мы ведь не договаривались о конкретной встрече.
Вот же дерьмо.
Хотя… мысль вспыхивает в голове гадкая. Есть один вариант, как позвать её. Но сперва нужно убрать сокровища от любопытных глаз. Сгребаю ювелирку, оставив парочку экземпляров для презентации, заворачиваю всё в сорочку из шкафа и во внутренний карман самой невзрачной жилетки на вешалке там же сую.
Нет, хрень. Слишком топорщится. Забраковав идею, ещё какое – то время метаюсь по комнате в поисках идеального тайника. Вспоминаю про тайный ход! Но меня терзает, что сокровища могут спереть, притопав как раз с той стороны, я и не замечу. В итоге рассовал всё по двум парам сапог, предварительно завернув в носочки, которых у меня в ящиках тьма.
Завершив с драгоценностями, присел на кровать, приготовился. Ольви, Ольви, Ольви. Выставил ладони, являя сверкающие частички, которые тут же закрутились в виртуальном вихре. Почему виртуальном? Да потому что ветра реально никакого нет! Дальше… закрываю глаза и вспоминаю вчерашний вечер. Мастерскую со стеклотарой, всякий хлам. И самый яркий образ – это её саму, когда переодевается! Нет, я не рискую перемещать её, кабы не сдохнуть после этого. Перед глазами сейчас стоит её торчащая попа в тонких трусиках. Обычных, синих, ничем не примечательных, казалось бы. Да вот только есть всё же деталь, которая только теперь в башке прояснилась.
На пояске трусишек вышивка. Три овала синими нитками. Я на них внимания не обратил вчера, другое в фокусе было.
Открываю глаза. В руки падают трусики. Мля, фальстарт!
Я просто замечтался. Зачем мне её вчерашние грязные трусы, что наверняка уже в корзине для стирки? Магичка и не заметит.
Надо что – то более заметное спереть, чтобы возмутилась и явилась разбираться. Но до этого… удержаться не смог, рассматриваю трусики. Вчера эти счастливые трусики касались и стягивали сладкие местечки Ольви. Растягиваю на руках, оценивая ширину ткани. Определённо всё хорошо проветривается. Собираюсь уже понюхать.
И кожей чую, как воздушное пространство всколыхнулось. Да неужели!
– Ольви! – Восклицаю радостный, отшвыривая трусики.
Девушка в трёх метрах от меня стоит вроде как невозмутимая. Смотрит чётко в глаза и не улыбается.
А я восхищён её новым образом! И шокирован такой откровенностью. На ней голубая блузка с просвечивающейся тканью так, что видно и грудь, и соски! Очень откровенно видно!! УУУ! Короткая, пышноватая синяя юбка, едва доходящая до середины белого бедра. Ещё на ней голубые полу – прозрачные чулки, что натянуты выше колен, они с юбкой и образуют ту заветную зону голых ляжек, куда притягивается глаз. Причём резинки чулок или на чём там крепится ткань, никак не стягивают и не давят, ляхи у магички крепкие.
На ней сапожки, поблёскивающие синими гранями, судя по толщине и синей меховой полоске сверху, зимние. Высокий каблук придаёт её точёным ножкам ещё большей атлетичности. Умопомрачительная няшка с безразличным лицом и зазывающим телом вызывает просто шквал эмоций. Ах и эти волосы! Они убраны назад, видимо какой – то заколкой, по вискам тоненькие косички, и выше бровей милая прямая чёлочка. Шейка оголена, и это придаёт ей невероятной нежности. Ровно, как чулки фантастической сексапильности. Ой, кажется, юбка тоже слегка просвечивается.
Ей только шубы норковой не хватает для полного образа…
– Верни трусы, – раздаётся от неё угрожающе спокойное.
– В чём срочность? Ты же вчера их носила? – Не нашёл ничего лучше сказать, но всё же нащупал их на кровати. Улетели не на пол, фух.
– Эти другие, новые, – цедит уже сквозь зубы и добавляет убийственное: – И бюстгальтер тоже новый.
– Ой, где?! – Восклицаю.
– У тебя под ногами, – снова отвечает спокойно.
Опускаю голову, ой. Меж стоп лифчик синий валяется с чашками плотными. А я вроде не заказывал…
– Плохая шутка, – комментирует девица уже раздражённо.
Делает пару шагов, оказываясь в полуметре от меня. Вырывает трусы, что я подаю ей, как завороженный. Растягивает их руками, наклонившись. Сует один сапог в дырку из ткани, затем переступает вторым. Натягивает трусики, ведя их по чулкам, бёдрам, под юбку. Раздаётся лёгкий шлепок по коже от резинки.
Твою мать, она без трусиков была только что?! Я походу спёр всё нижнее бельё, что было на ней! В таком случае выдержка у неё пиндец какая…
Присев на корточки, Ольви поднимает и лифчик.
– Прости, – выдавливаю из себя, делая «пёсьи» бровки.
Через мгновение она простреливает меня взглядом. Голубые глазища чернеют.
– Прости? – Бросает,