Цикл романов о попаданце в чересчур странный магический мир.Вита – наше Великое плато, Морс – мёртвое плато близнец, затмевающее солнце на Чёрный сезон. Во время затмения длиной в 96 суток полчища нечисти рвутся уничтожить и поработить всё живое на своём пути. Но тройственный союз людей, суккубов и котоподобных готов дать тварям отпор.Содержание:В теле пацана:1. Шалости2. Взрослые игры3. Путешествие в Градир4. Империя Шатура5. Артефакты Дракона6. Война за Вита7. Особняк
Авторы: Павлов Игорь Васильевич
веду по тугому переходу на стойкие сисёнки. А неплохо наощупь. Сразу нахожу соски. Лёгкое трение, и дикая сучка издаёт тоненький стон, а они стремительно начинают расти от моих ласковых касаний едва — едва. Когда фиксирую уже твёрдые и стоячие большим и указательным пальцами, она зажимает собственный рот, вероятно, чтобы не вскрикнуть.
— Попались, — шепчу сейчас у шейки.
— Гад, лучше молчи, — стонет и замечаю, как сжимает ляжки.
Чуть поиграв с чувствительными местечками, хватаю плотные сиси уже грубо и чувствую по дыханию, как её это заводит.
Принцесска, которой нежно вылизывают письку господа лизоблюды, оказывается, хочет жёстко.
Опускаю руку ниже на плоский животик. Волнующе предвкушающие ощущения, будто она полностью голая в моих объятиях.
Слышу шаги! Отпускаю, быстро застёгивая ей платье. Отскакивает живенько от меня и хватает бокал. Делаем вид, что просто болтаем, запоздало комкаю лифчик, сжимая в кулаке.
Гвардеец, млять, пришёл.
— Леди Аурелия, вас просит маэстро, — брякнул взволнованно, пожирая её глазами.
Ну а как? Стоячие соски проступают через ткань, через мгновение девушка закрывает их рукой, обнимая себя.
— Ищите дальше, — бросает Аурелия надменно.
— Понял вас, — чеканит гвардеец и сваливает.
Смотрю на неё, она в ответ с некой претензией.
— Достал тебя этот Шатур?
— Слишком опекает, — признаётся. — А ты не сильно — то от него в восторге, я смотрю. Да и не испугался. Обычно перед ним все трепещут или стелются. Но чаще и то, и другое. А ты смотрел, как хищник на добычу.
— Не вижу в нём ничего особенного, обычный правитель, — брякаю и глушу.
— Но он же гений, похоже, ты просто слишком дикий декарь, чтобы это понять, — заявляет дурочка.
Всё, что ты видишь, придумал не он, так и подмывает сказать. Но я говорю другое:
— Проза, поэзия, изобретения для лучшего качества жизни. Как похвально, но где его муза?
— Хм… — на лице Аурелии удивление. Если не замешательство.
— Что так смотришь?
— Ты чем — то напоминаешь мне его, выражаешься похоже.
Кто бы сомневался.
Снова боремся взглядами. Вновь эти чёртики в аквамариновых глазах.
Пальто накидывает, берёт за руку, будто мы уже парень с девушкой, и тянет за собой настойчиво, ещё дальше от основного крыла уводя. Не забываю и бутылку с собой прихватить, не пропадать же добру.
Интересно, куда же она решила меня отвести? И как далеко мы зайдём в наших недетских шалостях, пока её ищет папочка.
Молча следую, поддаюсь на авантюру. А она оборачивается постоянно, невинно и одновременно похотливо посматривая. Пройдя несколько балконных переходов, в нишу резко заворачиваем, ныряя в арку. Ага! От двух патрульных смотались, как оказалось. Потащила дальше по узким и широким коридорам, лестницам вверх и вниз. Очень ловко прячась не только от гвардейцев, но и от слуг. С чувством непрекращающегося драйва и волнительного предвкушения, мы пробираемся по закромам дворца, периодически прячась меж колонн, в нишах или просто прижимаясь к стене. То я прижимаю её, то она притирается ко мне. Она чувствует мой напряжённый член, а я её тугие сиси. Порой не могу удержаться и трогаю её за попу. Хватаю по — хозяйски и наслаждаюсь тактильными ощущениями сполна. Аурелия всё разрешает, делает вид, что так и должно быть.
При этом мы неотрывно смотрим друг на друга. С жаждой.
Понимаю ведь, куда ведёт, а вернее зачем. Но малость недооценил, когда в зал через закуток ввалились прямо на сцену!
— Это моя тренировочная сцена! — Заявила, уматывая вперёд по площадке.
Скинула по дороге пальто на пол, задрала платье до середины ляжек и на цыпочках побежала по полу. Зал с явным акцентом на саму сцену практически в натуральную величину. Справа кресел в шесть рядов, как в миникинотеатре, из окон панорамных с одной стороны зрительского зала вечерний свет бьёт. С другой — всё наглухо завешано коричневой шторой.
Пока шли сюда, я в поворотах потерялся, но прикинул, что мы точно должны быть в пятом корпусе на одном из верхних этажей. Сюда зашли, походу через чёрный ход, обе двери за креслами закрыты. Чуть отвлёкся, она уже обратно мчит, за три метра до меня взлетает в прыжке, мол, лови, как хочешь. А у меня ещё бутылка недопитого шампанского в руке.
Кое — как одной лапой ловлю. Запрыгивает с руками и ногами, обхватывая,