В теле пацана . Части 1-7

Смотрит деловито за рукой, кивает. Была не была!
— Ещё растягивается здесь, — комментирую, прислоняя ладонь под растянутую ягодицу. — Выталкивайся.
Командую, ибо чувствую, хочет что — то сказать, если не возразить. Но поздно, я не перебарщиваю, спешно убирая лапу. Но, мамочки, какой же это кайф!
Второе упражнение — мостик на лопатках и стопах, каким женщины в домашних условиях задницу качают. Вот здесь уже трогаю её плоский животик, ощущая кубики пресса, а ещё чувствуя тесноту в трусах. А затем, осмелев окончательно, хватаю в выгнутом положении за напряжённые сжатые ягодицы:
— Сильнее сжимай, — говорю строго, строя из себя учителя, а не извращенца. — Вот так, да.
Лиен не противится, она сосредоточена. Похоже, относится к моим урокам со всей серьёзностью!
— Для тебя слишком легко, нужен дополнительный вес. На живот можно положить камень или посадить ребёнка, — даю совет попутно.
— Садись ты, — выдаёт!
— Уверена? Я очень тяжёлый.
— Я сильная, не сомневайся.
Усаживаюсь на живот аккуратно, когда она в положении спиной на земле. Контакт налаживается, теперь я яйцами прямо на её кубиках сижу и наслаждаюсь мордашкой. В башке проскальзывают кадры спонтанных фантазий, как я всаживаю ей в узкую щель, а она так же смотрит. У меня аж жилы у яиц сводит от дикого предвкушения.
Но я смотрю на неё как можно серьёзнее. Она в ответ решительно.
— Готова?
Кивает! И начинает медленно подниматься. Полностью давить на неё весом мне совесть не позволяет, поэтому помогаю ей немного ногами. Златовласая вытягивает с трудом, но всё же.
— Вот умница! — Хвалю и поднимаюсь. — А ещё заметил, что у тебя мощные жилы на ногах. Меня очень заинтересовали они. Не совсем понял, за счёт прослойки жира они такие или это чисто твердь.
— Естественно твердь, — хмыкнула «кошечка».
— А сделай шпагат, растяни их, я потрогаю.
— Что ж, убедись, — отвечает и усаживается в поперечный шпагат послушно!
Всё — таки большинство фелисов туповаты, как ни крути. Лиен не исключение.
Подхожу со стороны сжатых булок, мать моя родненькая, как же они прекрасны!!
С члена, похоже, уже сочится. Отчаянно борясь с желанием ухватить её промеж булок за писю, пристраиваюсь аккуратно сзади. И просовываю руку чуть в стороне!
Мляяя, там задний проход, походу прикрывает такая тонкая полоска кожи, что страшно вообразить, чтоб не обкончаться.
А сучка ещё голову на меня поворачивает, спинку изогнув. Смотрит так доверчиво! Красивая, конечно, пиздец. Просто слов нет. Одни эмоции и дичайшее желание трахнуть её прямо здесь и сейчас. Послушная, самая сексуальная «кошечка» из ныне существующих даёт себя потрогать около писечки.
И я не дышу, прислоняя ладошку к нежной внутренней стороне бедра. Пальчик в сторону и прощупывается та самая жила, где чуть дальше и ниже писюшка нежная. Двумя пальцами щупаю и указательным касаюсь края ткани, прикрывающей причинное местечко. Щупаю мощную жилу деловито, наслаждаясь каждым мгновением.
— Весьма впечатляет, — говорю едва ли не сиплым голосом. Млять, чуть не выдал себя!
Вторую руку завожу, чтобы вторую жилу потрогать. Ух — ё, чуть на ткань трусиков попадаю, а эта сучка хвостом сразу дёргает!
— Никогда не видел такой сильной фелиски, — спешу заключить, поднимаясь.
Девушка сводит ноги, с четверенек смотрит с подозрением.
— Если ты знаком с Вебисидой, ты не можешь так утверждать, — говорит она с укором.
— Знаешь, она бы так меня не подняла мостиком, как ты, — заливаю принцессе.
Лиан смотрит пытливо, вероятно, ловит сарказм. Но я — сама серьёзность. Из последних сил.
— Приму за честь получить такой комплимент он сына Узимира, — говорит Лиен, поднимаясь. — Посоветуй, как мне улучшить свою технику боя.
— Если речь о реальном бою с вампирами…
— А ты был в таких? — Перебивает воодушевлённо.
— Да я убил четырёх генералов Высших, — хвалюсь.
— Рокон говорил, — Кивает вся такая озадаченная.
Ну прелесть. Не могу больше! Так хочется её потискать. Уууууу!!
— Хочешь побороться? — Предлагаю, затаив надежду.
— И зачем?
— Ты видела, как легко можно потерять меч. А если тебя зажмёт такой здоровяк, как Мурадор, что будешь делать?
— Использую кинжал.
— А если и его потеряешь?
— Буду кусаться, — пожимает плечами, поглядывая на меня так застенчиво и мило, что ахает в груди раз за разом.
— Полагаться на свои зубы, а как же мышцы и тело?