В теле пацана . Части 1-7

в придачу, ммм а девственницы там пальчики оближешь.
— Кристиан, — раздаётся от королевы сварливое.
— Ты я вижу, распоясался совсем, от рук отбился, — бурчит король, не оценив шутки.
А вот Ангелина, похоже, оценила. Лыбится себе под нос. Линелла тоже сжимает губёшки отчаянно.
— Прошу прощения, ваше величество.
— И Узимир не стал оспаривать? — Выпалил вдруг Аргирис.
— Конечно нет, он же не самоубийца, — ответил уже серьёзным тоном.
Король снова вздёрнул брони, а затем рассмеялся. При том, что весь остальной стол в траурных настроениях так и остался.
Поболтали, кушаем.
— Никто не хочет в Висящем саду прогуляться? — Спросил я между делом молодёжь.
Молчат, насупились.
— Понимаю, дел много, — комментирую с сарказмом. — Подготовка к войне, организация обороны в Длани и покоях требует всё свободное время.
— Я действительно участвую в укреплении обороны города, — выдал Олаф зло.
— Какой молодец, — хмыкаю.
— Не тебе судить, — бросил тут же.
— Олаф, — сделал замечание король.
— Я смогу, — раздалось от Ангелины чересчур решительное. — Я погуляю с тобой, Кристиан.
Посмотрела ещё с такой опаской! Братья переглянулись.
Они меня боятся что ли? Похоже, после того, как я тут королю перечил, ещё больше опасаются.
Только папаня продолжает смотреть как — то изучающе и с интересом.
Дальше трапезничаем в тишине. Первым покидает стол король, резко подорвавшись. Все поднимаются следом, он уходит в молчании и задумчивости.
Хочется и мне уже свалить из зала, но я настойчиво жду Ангелину, которая настойчиво не хочет уходить, слишком долго ковыряется в тарелке. Братья тоже сидят, волком посматривают на меня.
Когда деваться уже некуда, сестра поднимается, с ней я и все три брата с тревогой, будто в последний путь её провожают.
— Я же сказала, что пойду, — произнесла жалобно и слабенько повесила лапку на выставленный мной локоть.
— Мы будем рядом, — выдал Эрик нам в след.
Да пипец, они меня, видимо, монстром считают.
Добрались до Висящего сада, где впервые встретил Имиру, в неловком молчании, но под руку.
— Ты в курсе, что я не кусаюсь? — Завожу разговор, когда начинаем прогуливаться вдоль благоухающих цветочных клумб. Где я борюсь с воображением, ибо кажется, что золотые скарабеи в травке копошатся.
Молчит, вся в напряге.
— Ангелина, я всё тот же Кристи, с которым ты пила и боролась, делилась секретами, — продолжаю, поворачиваясь к ней.
А принцесса аквамариновые глазки прячет. С такого ракурса и часть нежной груди видно через свободную шнуровку корсета. Да и сама она вся понежнела. Не чувствуется прежней боевое хулиганки.
— Нет, — выдала и сглотнула.
— Что нет?
— Тебя даже Гунуа боится, а отец сделать ничего не может. Ты другой, — говорит тихо.
— Какой другой?
— От тебя веет смертью, глаза дикие стали, словно ты только из бойни вылез, — выдаёт уже более смело. — В тот раз подумала, что ты хочешь кого — то убить, а теперь, что уже убил.
— Сегодня утром была заварушка, признаю. Пришлось не сладко. Но мы победили.
— Вампиров по подвалам Леванта ловишь?
— Да, в том числе. Нечисти всякой хватает, — отвечаю на выдохе.
— Что ты от меня хочешь? — Едва ли не взмолилась.
— Расставить все точки, — отвечаю сразу. — Я на вас не злюсь, понимая, что такое Магистрат. Вы мои братья и сёстры, как прежде. Я буду вас защищать.
— Польщена, но мы не беспомощные.
— Надеюсь, что так.
Помолчали немного. Разговор не идёт совсем.
— Вам не скучно сидеть всё время в Длани? За стенами города есть отличная таверна, где я завсегдатай. Там и поплясать можно от души. У меня есть несколько дней, почему бы не собраться.
— Не до плясок, тем более король издал указ, мы не можем покидать Левант. Хотя тебе, похоже, распоряжения отца побоку.
Молчу теперь я.
— Как с лошади упал, переменился, — продолжает Ангелина. — Другой человек, сразу и не поняла. Кто ты, ответь честно? Куда дел Кристи?
Трудно даются ей эти слова. А я даже не заметил, как невольно сглотнул.
— Я потерял память, пролежав без сознания два рака. Считай, всё познавал с нуля, — оправдываюсь.
— Никто не знает, как ты упал, мы расспрашивали, — заявляет Ангелина. — Когда — то я тоже падала с седла и рак пролежала без сознания. Но всё былое помнила, очнувшись.
— Ты серьёзно?
— Да. Я тебе больше скажу, у Эрика был подобный