В теле пацана . Части 1-7

Имира. — Ждём.
— Ща, млять, я им продемонстрирую.
— Крис! Не надо! — Почему — то взвизгнула магичка.
Да не буду я автомат использовать, дурёха, видимо, так почему — то решила.
— Это всего лишь копьё, — говорю, являя пику Гелака.
Не обращая внимания на возражения всех троих, кидаю в ответ, сосредотачиваясь на точке перед отрядом. Вероятно, оценив траекторию, и они не стали дёргаться, а зря.
Моё копьё вонзается в метрах в пяти от линии строя. Ближе было бы опасно. Но и этого достаточно. Земля взрывается мощно, обдавая всех не только пылью, но и кусками сухой почвы так щедро, что четверо всадников исчезают с сёдел. А остальные не сразу справляются с лошадьми.
Отряд уносится прочь. А мы скачем дальше под критику Имиры.
Вскоре нам навстречу мчит уже всадников под сто! Вот это я уже понимаю воинство.
Смиренно останавливаемся, оружия не поднимая. Толпа на нас набегает и окружает со всех сторон. Каждый второй лучник, почти все с копьями за спинами. Женщин матёрых две трети, остальное злые мужики. Ни одного лица знакомого. Смотрят изучающе и злобно, но пока не тыкают своими палками и не целятся. Такое впечатление, что только из боя вырвались, все взмыленные, глазища дикие.
Если бы не солнце, грешным делом, решил, что дождался дуралей своих вампиров, поддавшихся зову Камней.
— Вы не вняли предупреждение не соваться чужакам! — Раздаётся от щуплого старого суккуба с хорошей экипировкой.
Нелли уши прижала, но с гордо поднятым подбородком смотрит вызывающе. Но местным интересен больше её золотой меч.
Наша суккубка выдаёт без команды:
— Я Имиретта Огнепламенная…
— Мы знаем, кто ты, — перебивает грозная на вид воительница рядом. — Ты чужак, как и путники с тобой. Вам здесь не рады. Прочь идите.
— Простите за навязчивость, воины, но мне назначена встреча с Шейлой, — выпалил я с улыбкой до ушей.
— А ты кто такой, пацан? Сын её что ли, тогда рога твои где? — Посмеивается грозная суккубка, другие подхватывают.
— Кристиан Везучий я! — Объявляю во всеуслышание.
Толпа ахает, начинает шептаться.
— Сын Аргириса⁈ — Впивается в меня глазами грозная бабища.
— Он самый. Ну так что?
— Имиретта, подтверждаешь? — Спрашивают почему — то её.
— Да, это бастард короля Леванта, Кристиан Везучий.
— Ты верно с ума сошёл сопляк являться к самой Шейле после того, что сотворил, — бросил старый суккуб хмуро.
— Шейла поклялась, что отрежет тебе причиндалы, если ей посчастливится достать тебя, — добавила бабища радостно. — А тут ты сам и явился. Теперь мы не можем отпустить того, кто нанёс серьёзный урон чести стану.
— Простите, а вы меня привяжете, чтобы сразу исполнять её мечту или я могу рассчитывать на честный бой? — Уточняю на всякий случай, пока кольцо смыкается ещё плотнее.
— Конечно на честный, и не вздумай применять свою магию земли, щенок, — хмыкнула рогатая. — В любом случае ты уже мертвец.
Магия земли? Они подумали, что земля не от копья, а от магии взорвалась, бездари.
— Боюсь, боюсь! — Кривляюсь.
— Не поддавайтесь на провокацию, уважаемые жители здешних земель, — простонала Ольви, включив дипломатию. — Почему не договориться миром? Мы же на одной стороне.
Мдя, путешествуя с нами, магичка всё больше склоняется к пацифистским идеям.
— Ты не знаешь, что сделал этот щенок, синеволосая, — отвечает ей злая суккубка, оборачиваясь. — С арены чести уйдёт только один. Эй, сёстры, оповестите Шейлу! Хоть одна радостная весть за этот дерьмовый сезон…
Погнали мы в составе большого отряда обратно. Триста метров и за очередным холмом начинается её стан. И это не село, а целый город! И не просто в низине он, а уходит на подъём в гору, где удобный рельеф для отдельно стоящих башен и домиков. А их здесь из камня видимо — невидимо. И это наряду со светлыми шатрами, от которых в глазах рябит.
Ещё на подъезде на глаз прикинул, что тысячи три здесь одних только воинов. Это не считая мирных жителей.
Сразу видно, что стан в полной боевой готовности, на подходах со всех сторон башни и караулы, всадники по округе носятся. Круговая, мать её, оборота.
В кузнях звон не умолкает, с гор телеги тянутся. По городу пронеслись быстро, ибо хата главной с нашей стороны.
Шейла себе каменный дворец отгрохала (по местным меркам) этажа в три. Смахивает он больше на прямоугольный храм. И всё же это самое большое здание в городе. К нему мы на площадь средней величины и вывалились, где