В теле пацана . Части 1-7

красивой женщины вдвойне. И я кайфую, при том, что моя голова всё ещё зажата её мощными ляжками. Да плевать! Там уже суккубские штучки пошли. Дыхание у головки, пальчики на изгибах с лёгкими касаниями. От сладости ноги развожу, а она везде там гладит, коварно посмеиваясь.
Погладив в ответ нежно бёдра, перехожу на животик, и дальше веду ладони до холмов с заветными сосками. Так как она наклонилась к паху, достаю легко. Ласкаю в ответ и чувствую отдачу.
Шейла покрывает поцелуями внутренние стороны моих бёдер, дорожка из них идёт к мошонке, которую она начинает ласкать языком.
Ляжку поднимает, высвобождая, наконец. Отводит ногу, и я любуюсь растопыренной промежностью. Как только член погружается в горячий и ласковый рот, сознание растворяется в жажде ответной сладости. И я опускаюсь к её киске, едва соображая, что собственно творю.
Обоюдные оральные ласки — это нечто для меня новое и невероятное. Когда два существа под экстазом стремятся сделать ещё приятнее… это цепная реакция. Геометрическая прогрессия в сексе. Нет стены, в которую упираешься, нет предела. Всё нарастает до безумия и переваливается через ожидаемый бартер удовольствия, стремясь в бесконечность космоса.
Лишь когда мощно извергся ей в ротик, стал возвращаться в реальный мир. Шейла, похоже, тоже пару раз кончила, я ощутил её тихие судороги в процессе. В мой же оргазм она домучила меня горячими объятиями и манипуляциями с помощью руки до самого последнего спазма.
А затем мы откатились в разные стороны и улеглись спинами на траву.
Безоблачное небо, шум водопада и ощущение, что она рядом. Враг, о котором грезил, думая, каково это вновь посмотреть в эти глаза с фиолетовым пламенем. Когда — то мне даже снилось, что она бежит за мной.
Шейла молчит. Задумалась уж слишком. А у меня вскоре снова желание разгорается. Только уже по феншую её отодрать!
— Становись на четвереньки, хочу войти в тебя, — говорю спокойно, но повелительно.
Пару секунд медлит. А затем раздаётся с иронией:
— Приму и это наказание.
Встаёт рачком в коленно — локтевую позу прямо на траве, качественно выгибаясь. Что ни говори, это лучшая поза женщины! Независимо от обстановки.
Подобно тому, как одна умная мама говорила дочке, в любой непонятной ситуации с мужчиной, соси, просто соси.
От моего вхождения, Шейла тихо взвыла и даже повернула голову ко мне, перемахнув гриву в другую сторону за шею. При виде красивого лица, реагирующего на проникновение, я возбудился ещё сильнее. В один момент ощутил, что кончик вообще сейчас разорвёт, когда в тупик упёрся, а у женщины глаза ещё больше выкатились.
Медленная работа тазом сменяется на более грубые толчки со вскриками. Шейла опускает голову, не в силах держаться. Подбираю белую гриву, наматывая на кулак. Тяну на себя, задирая голову и ужесточая процесс. Начинаю долбить мощно, и суккубка уже не сдерживается в стонах с криками.
Шлёпают тела, бьются мясистые шары сисек, спина её напрягается мощно с руками в упоре. И мне хочется с ней всё больше жестить, ибо кажется Шейла кобылой, которую хоть в телегу с камнями запрягай.
Подолбив вынимаю, едва не выстрелив. Хватит с неё чистейшего кайфа, я ведь кое — что обещал!
Крохотная дырочка ануса сжатая так и манит всё это время.
Рожаю смазку, я ж не изверг. Щедро лью на промежность и вставляю в анус палец, который заходит, как к себе домой в узенький тоннель.
— Что ты собрался делать, Крис? — Ахает толком не отдышавшись.
— Стой смирно, Шейла, сейчас хорошенько разработаю твою попку и продолжу трахать уже туда. Я же дал слово воина.
— Вот сучёнок, — прошипела и опустилась к земле сиськами, ещё больше раскорячивая зад. Как ни старался размять ей там всё, вошёл с усилием под её кряхтения. Но удовольствие следом от её криков пошло непередаваемое. Шейле, похоже, понравилось! Она начала наяривать свой клиторок пальчиком.
Понимая, что и так ей неплохо, прекращаю эти извращения. И начинаю другие!
— А теперь самое интересное, — говорю, ещё не выровняв дыхание.
— Куда уж интереснее, — говорит с хрипотцой, не оборачиваясь, и выдаёт вдруг с нескрываемой иронией: — хотя что с вас взять, человеческих мужчин, а тем более юнцов. Затеи в искусстве любви — это явно не ваш конёк. После того, как я получила во все три дырки, что ты способен сделать с моим телом ещё, воин?
— Не удивил, да? — Хмыкаю, разглядывая влажную, набухшую промежность.
— Не удивил, — отвечает, посматривая с ухмылкой.
И продолжая