В теле пацана . Части 1-7

и в бою. Мы не подведём.
— Резервуары держат? — Перевожу тему, поглядывая на Ольви. Которая почему — то в ответ смотрит с глубочайшим укором.
— Да, но воняет, что свежий конский навоз, вампиры поймут, особенно после того, как распробовали, — ответила Вебисида.
— Не поймут, мы и так нальём везде, — раздалось от Еши.
Это мы очередной сюрприз приготовили гадам. Только бы сработало.
Оживился народ у костра, фелисы стали шутить, подкатывая к Вебисиде и получая от неё шутливого подзатыльника. Кофе всем нарожал, подогрели в чайнике, мяско кушаем, мило болтаем. Посматриваем с Ольви друг на друга. И всё больше мысли в голове проскальзывают, что хочу до очередного боя с ней побыть вдвоём.
Магичка ведь с билетом в один конец сюда явилась. Ей ни до Утёса, ни тем более до Градира уж точно отсюда не допрыгнуть. Она знала, на что шла. И теперь у неё родных не осталось. Она никого не винит, и больше не оплакивает деда.
Грустную улыбку внемлю. И пересаживаюсь к ней ближе под шумок.
Мне вдруг подумалось с грузом на душе. А что если переместить её прямо в квартиру градирскую ценою резерва Камня вопреки её воле? И пусть она меня потом ненавидит, но сюда уж точно не успеет вернуться до боя. Сейчас мне особенно страшно, ведь если потеряю её… всё утратит смысл.
А она незаметно для многих берёт мою ладошку, сжимает своей крохотной, цепкой, почему — то холодной. И вот как мне теперь её обмануть?
Проходит ещё немного времени, и она кладёт свою головушку мне на плечо, уже без всякого стеснения. Признаться, у меня витал в воздухе вопрос, что у неё с архитектором, а потом ещё и про бывшего мужа сварливо собирался спросить. Но ведь ответ очевиден. Она здесь, со мной, на первой линии фронта.
Как самая верная, боевая подруга.
Поэтому я просто обязан кое — что сделать.
Напрягся, Ольви встрепенулась, отпряв. Поднимаюсь резко, соратники смотрят вопросительно и с тревогой.
— Всё нормально, воины, — говорю спокойно и к Ольви обращаюсь: — покушала? Пошли, прогуляемся.
Смотрит, как обычно, в своём репертуаре с полнейшим безразличием и приподнятой губёшкой. Но послушно поднимается, прихватывая рубашку с корсетом неожиданно нерасторопно. Похоже, забыла, чтоб плащик запахнутым оставить, его нужно придерживать.
Все смотрят на это, затаившись. Некоторые рожи с иронией. Отхожу первый, она за мной.
— Война войной, — брякнула себе под нос Еша нам в след, намекая, что секс по распорядку. И народ у костра гадко захихикал.
— Да они уже, — выпалил один из фелисов.
— Да они ещё, — добавил второй сотник.
Вроде не громко сказали, я еле услышал.
Ольви догоняет меня, поравнявшись. Мимо второго костра прошли, светом её личико озарилось. Ох, ёпрст! Красная, как варёный рак. Вышли из форта на полянку, где три взвода бойцов герцога сидят в камнях с луками, затаившись. Поздоровался, повёл вдоль стены от постов подальше. Хотя куда ни плюнь, везде костры да бойцы. Точки обороны по всей высоте.
Ольви послушно идёт, и вскоре хватает за руку цепкой лапкой, как маленькая девочка, второй рукой шмотки и плащ к груди прижав.
Только после дошло, что она в такой темени пути под ногами вообще не разбирает. А я, спустившись по тропке, в траве жухлой змеюку метра полтора длиною приметил. Переглянулись мы с ней, мимо прошёл, не трогая.
Завернул на площадку над обрывом с видом на речку, что метрах в ста ниже протекает. Оборудованная позиция для гарды лучников сейчас пустует, только стрел и мотков с сетями навалено, уложены пирамидкой дрова для костров.
Осмотрелся, скальный срез переходит в неоднородный грунт, образуя тупой угол, для опоры сойдёт. По близости никого. Поэтому можно попробовать эксперимент.
Являю три фонарика, батарейки, быстро снаряжаю и освещаю площадку, воткнув парочку в землю, чтобы магичка не волновалась.
А она уже скинула плащ и теперь спешно рубашку застёгивает на голые сисечки.
— Ну и зачем сюда привёл? — Возмутилась. — Можно было и в палатке посидеть без всяких шутников поговорить по делу. Все эти шорохи мне совсем не нравятся.
— Всё, не бурчи, — говорю, освещая снизу лицо.
— Дурак, — фыркает недовольно.
— Ты ведь понимаешь, что мы здесь не на пикнике? — Начинаю издалека, уже не спуская с неё пристального взгляда.
Закатывает глаза.
— Знаешь, я насмотрелась на раненных, — начинает спокойным тоном, но дальше уже голос дрожит. — Такого в страшном сне не приснится. Поэтому знаю, о чём ты говоришь. И не отступлю.