В темном, темном лесу

дело привлечет внимание прессы.
— Да. Ну что ж…
Я потянулся к своей пропитанной кровью одежде, лежащей на заднем сидении. Не знаю, зачем я привез ее домой; я точно никогда больше ее не надену. Я смотрел на запятнанный сверток и смутно припоминал, как мы с Люком остановились в турбазе, приняли душ и переоделись. А после этого… уютная, серая пустота. Я даже не помнил, как садился в машину.
Я снова взглянул на Люка.
— Я не обещаю, что нам будет так же весело на каждом свидании, но… мне бы очень хотелось снова увидеться с тобой, — вдруг сказал он.
Я моргнул.
— Ну, то есть, — смущенно добавил он, — если ты уже не сыт по горло… всем этим.
— Ты серьезно?
— Еще как серьезно.
Он улыбнулся мне своей фирменной волнующей улыбкой, но в глазах сразу же появилась неуверенность.
— Может, в следующий раз мы могли бы просто… ну, знаешь… сходить поужинать.
Я изумленно уставился на него. Он действительно говорил серьезно.
У меня все еще был шанс. Он знал… и все равно хотел еще раз увидеться со мной. Он видел меня в самые худшие моменты жизни и все еще был заинтересован мной. Все еще считал меня привлекательным. Он знал, чего ожидать, и все равно хотел попробовать.
Мне очень не хотелось запороть второй шанс. Но мне так же не хотелось стать тем, кто заставит исчезнуть блеск в его глазах. Я не хотел видеть, как чувство привязанности и влечения медленно угаснет и сменится усталостью и отвращением, когда я ошибусь и упаду – а у меня впереди будет много ошибок и падений. Мне так хотелось верить, что я никогда его не подведу, но я знал, что подведу нас обоих не один раз, пока не выздоровлю. Если выздоровлю. Если у меня хватит сил.
Было нелегко, но я произнес:
— Мне бы тоже очень этого хотелось. Но… наверное, мне не следует отвечать, пока… не протрезвею.
Он не отвел взгляда, и в нем не было ни разочарования, ни нетерпения. Наоборот – его улыбка стала шире и немного уверенней.
— Хорошо. Я уважаю твое решение.
Я осознал, что хочу заслужить его уважение – вдобавок ко многим другим чувствам – не меньше, чем свое собственное. Сразу стало трудно контролировать выражение лица, и я отвернулся к дверце машины. Люк накрыл ладонью мою руку.
— Послушай, Тим. Тебе может быть легче, если на пару первых встреч с тобой пойдет друг.
А, он имел в виду «клуб анонимных алкоголиков» или что-то в этом роде. Я уже знал, что мне понадобится нечто большее, чем встречи.
— Мне не нужно, чтобы со мной кто-то ходил, но мне поможет, если я буду знать, что… меня кто-то ждет.
— Тебя будут ждать.
Люк склонился ко мне и настойчиво поцеловал в губы. Наши взгляды встретились.
— И, к твоему сведению, это было «здравствуй», а не «прощай».