откуда будешь? Не припомню я тебя, и видок у тебя какой-то… не нашенский! — отвлеклась от своих воспоминаний старуха, оглядывая его своим колючим взглядом с головы до ног. Глаза ее вдруг сузились, — и чёй-то ты в лесу делал, вон, листочки у тебя на штанах, ась?
— Да я, бабушка, к тетушке приезжал, сейчас обратно поеду, бежать мне нужно, а то поезд мой уедет, — встрепенулся Ярин, притворно улыбаясь и отряхивая брюки, — доброго здоровьица вам, — и быстро пошел обратно на вокзал, провожаемый насупленным и подозрительным взглядом бабки.
***
Басни старой карги про чернокнижие отняли довольно много времени, поэтому на вокзал Ярин возвращался быстрым шагом. До отправления поезда оставалось всего минут десять, и Ярин намеревался было посетить в туалет, но на подходах его довольно грубо оттолкнул усатый мужик средних лет в форме железных дорог и с увесистым чемоданом в руках. Вместе с вытянутым белобрысым хмырем, бросившим скрипучим голосом «прочь с дороги, деревенщина», они ввалились в уборную и немедленно заперлись изнутри. Раздраженный хамством, Ярин, нахмурившись, вернулся в зал, уселся на лавочку и принялся смотреть по сторонам, периодически косясь в сторону уборной.
На скамейке напротив женщина бинтовала разбитую коленку своей внучке. Влюбленная парочка, одетая явно не по-деревенски, смеясь и перешептываясь, склонились над книгой. Полная женщина в форме, с золотистыми волосами и ярко накрашенная, торопясь, подошла к кассам и спросила о чем-то кассиршу. Ярин прислушался.
— Пропал… Нужно немедленно найти!.. Нет, без него никак!.. важно… Задержать поезд! — возбужденно говорила она.
— Я ведь только что с ним разговаривала! Часу не прошло! — всплеснула руками кассирша. Она принялась требовательно, хищно шарить взглядом по залу. Их глаза встретились, и в надежда встрепенулась в Ярине, словно последний всполох догорающего костра. Он подошел к кассе.
— Простите, вы… вы не меня ищете?
Золотоволосая дорожная работница презрительно фыркнула:
— Да кому ты нужен!
— Просто, вы сказали, пропал, и я…
— Мастер Арух пропал, вокзальный чародей-механик! — ответила женщина срывающимся голосом. Кажется, она не вполне владела собой.
— Лаудра, да не переживай ты так, никто не куда не пропал, он просто!..
— Он должен был преступить к ремонту немедленно. Сам начальник вокзала приказал ему!
— Я видел тут мужика в форме, он минут пять назад заперся в туалете. Вместе еще с кем-то… Может, он? — пришел на помощь Ярин.
Лаудра рысью кинулась к туалету и забарабанила в дверь.
— Занято! — раздалось оттуда.
— Это его голос! Арух! Немедленно открой! — не своим голосом завизжала женщина, — приказ начальника вокзала!
Человек за дверью хмыкнул и перестал отвечать. Пнув дверь несколько раз, толстушка, объятая гневом, куда-то убежала. Вокруг двери собралась толпа.
— Что случилось? — спросила кассирша у подошедшего коллеги.
— Машинист говорит, что в машине стуки какие-то, и давление падает. Арух пошел, посмотрел, и к себе в кабинет вернулся. Ну, Тым сын Лихуков тоже к нему пошел, узнать, не надо ли, может, чего… А тот, ты представляешь, сидит и чаи с каким-то хмырем гоняет!
— Ну?
— Да! Начальник ему и говорит: ты что это расселся? А тот ему: клапан сломался, менять нужно, а в наличии нет.
— Как так — в наличии нет?
— Тым сын Лихуков тоже спрашивает, а Арух ему в ответ: я, говорит, два месяца назад вам говорил, что завезти надо, а то беда будет, и заявку по всей форме составил. А на складе до сих пор ни сном, ни духом. Без детали этой сделать ничего нельзя, а дрезину в Бологое он уже отправил. Ну начальник тут не выдержал, и говорит: в какое-растакое Бологое? Поезд через десять минут отойти должен! Сделай как-нибудь, чтоб до Назимки доехало, пусть там отдуваются. А Арух ему: как-нибудь не умею, без нового клапана паровоз чудо, что вообще до Сталки дотянул. Ну, Тым сын Лихуков и рассердился. Он же у нас такой, за дело-то переживает! Иди, говорит, к растакому паровозу, и чтоб отправил согласно расписанию. Ну, Ахук и пошел. И хмырь вместе с ним. Выходит, так и дошли до поезда…
— Что ж он, думает в уборной отсидеться?
К дверям сквозь толпу пробиралась Лаудра. Стало ясно — отсидеться и впрямь не получится: женщина сжимала в руках увесистую кувалду.
— Приказ начальника вокзала! — выкрикнула она и нанесла первый удар по двери.
В ней немедленно образовалась щель, из которой на Ярина повеяло воздухом настолько дурным, что его чуть не стошнило.
— Черт побери, что же там случилось? — выдохнул он.
— Ты о чем? — спросил его сосед по очереди.
— Разве ты не чувствуешь? Запах!
Сосед втянул носом воздух:
