показалась подозрительной.
— Нет-нет, я не к тому. Ничего подозрительного. Просто нельзя же ездить наобум, нужно сначала все тщательно посчитать. Как вот у вас, например, — обратился Гекрат к Ярину, — все идеально, просто блестяще! Хоть сейчас строй!
— И зачем? — проскрипел Валей, — ну, может быть, оно и просчитано, но какова цель? Тут я никакой руды не вижу, какое-то бессмысленное катание туда-сюда.
— Ну… я просто подумал, как это должно быть весело, кататься в такой штуке, — ответил Ярин, — думаю, детям понравилось бы.
— Да-да, королю Реггу тоже нравилось, и, кстати, он учредил специальные дни, когда любой желающий… — завел было рассказ Гекрат, но Валею уже порядком надоела вся эта галиматья о короле Регге:
— Дети? Но мы же не можем построить такую штуку в каждом городе!
— А зачем? — недоуменно спросил Ярин.
— Как зачем? Ну, допустим, мы построим такую дорогу в Назимке, а как же дети из других земель? У всех должны быть равные возможности! Вот если бы это был типовой проект, который можно было бы быстро и недорого построить в каждом городе… Или, еще лучше, возить ее из города в город…
— Но ведь такую высокую и быструю дорогу никак не сделать передвижной, да и дешево ее не построить!
— Вот и незачем ее строить. Детские игры должны развивать, воспитывать будущих строителей, воинов, лекарей. Здесь же сплошное баловство, а сколько железа, сколько ресурсов?..
— Можно же продавать входные билеты, как на поезд, — предложил Ярин, — детям праздник, а заодно можно им рассказать и о Регге, и о том, как важно сначала подумать, а уже потом…
— Наживаться на детях? — Валей, недослушав, выпучил глаза. — То есть все это ради банальной наживы? Ну конечно! Я так и знал! Что за молодежь нынче пошла, никаких идеалов, никаких устремлений, это просто возмутительно! А как же дети из небогатых семей?
— Ну, Валей, ну главное же в ученике талант, а применить его к чему-нибудь полезному мы всегда успеем, — попытался погасить конфликт Гекрат. — Я думаю, из парня получится первоклассный волшебник, и, конечно…
— Кхм, — кашлянул Феодим. Профессора сразу же замолчали. Мрачный экзаменатор пользовался большим авторитетом в Академии, хотя в жизни не построил ни одной машины, ни одного здания — вообще ничего. Зачем? Значок иерарха Церкви заменял собой и успехи, и достижения, и опыт.
— Молодой человек, расскажите о себе. Я хочу знать, откуда вы, и кем были ваши родители, — равнодушным тоном приказал Феодим.
Ярин рассказал правду — или вариант правды. Родителей он не помнил, жил у тетки недалеко от Сталки, она же обучила его волшебству. Гекрат заинтересовался книгами, которые читал Ярин — по его словам, они были довольно-таки редкими — но завязавшийся было разговор снова прервал кашель Феодима. Он продолжил свои расспросы:
— А кем работала ваша тетка?
— Она… была на пенсии, — ответил Ярин. Какая этому типу разница, кем работала Орейлия?
— А до пенсии?
— Ну, она жила не в самой Сталке, а как бы… в лесу.
— Вот как? Она не хотела работать во благо Империи?
— Она построила мельницу в Сталке, но ее прогнали во время Освобождения, — по лицу Феодима пробежала тень.
— Почему же народу потребовалось прогонять ее?
— Ну-у-у… Это была ее мельница, но потом работники потребовали отдать ее им, а когда она отказалась…
— Так-так-так, — лицо Феодима исказилось от презрения, — живет в лесу, знается с волшебством и вдобавок не желает делиться с народом. Она же ведьма! Бесопоклонница! Мальчишка, что ты тут забыл? Тебе самое место в лесу, вместе с твоей теткой!
— Но у меня-то никакой мельницы не было, я…
— Феодим, право, ну почему обязательно бесопоклонница, вы же знаете, время такое было, разные были ситуации, да и мальчик-то тут причем? — расстроенно вмешался Гекрат.
— Все одинаковые, что родители, что дети. Гнилая порода. Я вижу в тебе червоточину, — глаза Феодима теперь словно смотрели в его душу, — ты тронут бесами так же, как и она.
По загривку Ярина пробежал холодок. Он вспомнил касание силы, снизошедшей на него по дороге в Назимку и… опустил взор.
— Феодим, — пораженно молвил профессор Гекрат, глядя на коллегу изумленными глазами, — с вами точно все хорошо? — Очевидно, подобные выступления не были обязательной или даже распространенной частью вступительной процедуры.
— Покиньте нас немедля, — отмахнувшись от Гекрата, приказал Ярину Феодим.
— Подождите в холле, молодой человек, мы сообщим вам результат, — выкрикнул ему вдогонку Гекрат.
***
Комиссия совещалась более часа. Наконец, двери зала открылись, и профессор Гекрат, расстроенный и смущенный, появился перед одуревшими от ожидания абитуриентами.
