перья были практически у каждого. Парень, тем временем, не обращая внимания на ее пристальный изучающий взгляд, рассказывал какую-то тарабарщину про маленького мальчика, рассердившего епископа своими рисунками, и попавшего за это в заточение. Она мало что поняла из этого рассказа — слишком уж она увлеклась разглядыванием — и целиком уловила только последнюю фразу:
— Не хочешь ли присоединится к нашей веселой компании?
Почему бы и нет? Это было отличным решением ее проблем с ночлегом и ужином. Выйдя на площадь, она сразу поняла, что усилия, потраченные на путь к ней, следовало бы потратить на поиски гостиницы — просто так, по пути, ей почему-то ни одной не попалось, даже в центре. До сих пор она надеялась, что, пробившись через лабиринт незнакомых улиц и другие мелкие неприятности, и оказавшись в центре города, она сможет рассчитывать на какое-то чудо: например, на внезапно вернувшуюся память. Чуда не произошло, и она осознала, что не вполне понимает, что делать дальше. Обращаться за помощью к угрюмым прохожим и тем более стражникам ей решительно не хотелось, а здесь… Компания казалась как минимум приятной: молодые, веселые и даже совсем не пьяные, люди на площади выгодно отличались от всех, кого она ранее видела на улицах города. Может быть, она даже сможет попросить у них помощи? Только осторожнее, — подумала она, — не то тебя опять в подвал посадят, на этот раз — точно в сумасшедшем доме. Или тем зеленолицым в шлемах сдадут. Быстро оценив таким образом предложение парня, девушка ответила:
— Конечно, с удовольствием!
— Отлично, — слегка удивленно, как ей показалось, откликнулся парень, — Пойдем. Я Иан, кстати. А тебя как зовут?
К этому вопросу она успела приготовиться во время своего долгого пути сюда — ведь рано или поздно на него все равно пришлось бы отвечать, и выглядеть при этом странно совсем не хотелось. С именами в ее голове творилась настоящая катастрофа — на ум не приходило ни одного, и поэтому пришлось довольствоваться теми, что она уже услышала. Фыркой ей быть не хотелось, так что…
— Я Алия, — улыбнулась она парню столь уверенно и непринужденно, как будто уже лет двадцать была Алией.
— Ты здешняя?
— Нет, я буквально сегодня приехала, на отдых. Пошла в центр погулять, а тут…
— Да уж, тут у нас весело, — закончил за нее Иан, — эту поездку ты наверняка запомнишь!
Хоть что-то я запомню, — подумала девушка.
— А откуда ты приехала?
— А… Издалека, — махнула она рукой, — тебе неинтересно.
Так, болтая — хотя болтал, в основном, Иан, а девушка лишь с поразившем ее саму искусством уворачивалась от вопросов — они прошли в лагерь. В самой его середине располагалось несколько столов, накрытых для походного обеда: хлеб, сыр, вареные яйца и чай. Едой занимался Киршт, невысокий и крепко сбитый, чье мрачное лицо с широкими сросшимися бровями, толстым носом и угрюмо опущенными вниз уголками губ, казалось, никогда не улыбалось. У него в волосах тоже было перо — вороновое, судя по его черному цвету. Алия взяла себе один из кусочков картона, которые здесь использовались вместо тарелок, и положила себе всего понемногу. На мгновение задумавшись, девушка решила, что просто так есть будет неприлично, и отдала Киршту свою добычу из подвала, уцелевшую после общения с медношлемным стражником: несколько мандаринов, вареную колбасу, какие-то консервы…
— А почему тут все с перьями? — спросила она у Иана, когда они двинулись к компании сидящих в кружке молодых людей.
— Это наш знак. Мы — как свободные, веселые и яркие птицы на затянутом тучами небосводе, — витиевато ответил Иан.
— И Киршт тоже? — удивилась Алия, оглянувшись на хмурого парня.
— Киршт та еще птица, не сомневайся, — неопределенно сказал Иан, — проходи, садись, устраивайся поудобнее.
Они присоединились к сидящим на ковриках и рюкзаках людям — преимущественно, молодым парням, что Алию очень обрадовало: с парнями ей всегда было интереснее. Всегда, хм… Как она могла знать, что было всегда, если ничего не помнила? Впрочем, в очередной раз задумываться об этих загадках у нее не было желания — Алия жадно накинулась на еду и только сейчас поняла, как сильно проголодалась, ведь с того момента, когда она ела последний раз, прошло не меньше половины дня. Утолив голод, Алия решила выяснить, что, все-таки, происходит на площади, и спросила:
— А что вы все здесь делаете? Это праздник, да? Вы уличные актеры, которые рассказывают прохожим истории?
Ее соседи удивленно уставились на девушку, и расхохотались. Не смеялся лишь Иан, который слегка обиженно надул губы. Взглянув на него, Алия попыталась исправить положение, сбивчиво добавив:
— Прости, я невнимательно тебя слушала. Я только приехала,
