Я — невидимка. Один из избранников, единиц на поколение, кто получает уникальный шанс стать кем хочет, шанс исполнения заветного желания. И волею случая оно у меня такое. Мне не нужна власть над миром, деньги или слава, мне нужно лишь чтобы меня оставили в покое.
Авторы: Кусков Сергей Анатольевич
молнию золотой булавкой. Существо, поскольку девочкой назвать ее язык уже не поворачивался, мотыляло кисточкой из стороны в сторону, в такт покачивания ногам, обутым в искрящиеся и переливающиеся в солнечном свете серебряные башмачки. А за спиной, на уровне лопаток, виднелись маленькие красные прозрачные крылышки, еле заметные, как будто расплывающиеся.
Это существо сидело на моей клавиатуре, но сквозь нее я видел, что ни одна кнопка не была нажата. Вообще, клава была в другой картинке, которую нельзя было наложить на картинку с «девочкой». «Тинэйджер» махала ногами и эротично улыбалась. Теперь же, после наложения, от ее улыбки продирал мороз, хотелось забиться в дальнюю нору или прыгнуть с моста в реку. Меня жутко зазнобило, и я повернулся к незнакомке.
В облике последней ничего не изменилось, кроме… Огромных кремовых крыльев за спиной, похожих на птичьи. Скорее лебединые. Только по два метра в размахе. И еще, этот запах, исходящий от нее… Он сводил с ума! Я вдруг осознал, что готов вдыхать и вдыхать его до бесконечности! Непроизвольно наклонился и уткнулся незнакомке лицом в ее роскошную латиноамериканскую грудь. Себя в тот момент чувствовать перестал. Дрожь и озноб, появившиеся, когда смотрел на девочку куда-то испарились. Да и как они могут быть рядом с таким прекрасным существом? С такой божественной, неземной красотой?
Я поплыл. Рядом что-то кричала «девочка», но мне было все равно. Только бы вдыхать этот запах! Только бы прикоснуться к этой красоте руками!..
— … не защищен!
— Он прошел инициацию. Сам!
— Эльвира, стерва, помогай, не справляюсь!
— Дал же Хозяин напарни…
Затем, что-то прохладное и теплое одновременно коснулось моего лба. И я опять провалился. В спокойный здоровый сон.
* * *
Македония, Фессалоники, 1031 год от основания Рима
Яркое летнее солнце освещало город. На небе не было ни облачка. Жар плавил песок и камни, черепицу крыш. По крайней мере, людям, изнывающим от зноя, казалось именно так. Только беззаботные птицы весело резвились в воздухе. С моря дул свежий ветерок, спасая изнемогающих горожан от перегрева, даря небольшой намек на прохладу. Но беззаботными, как оказалось, были не только птицы. Городские мальчишки с палками наперевес гонялись друг за другом, играя в игру, в которую играют все мальчишки всего мира, независимо от нации и веры.
— Я легионер!
— Нет, я легионер!
— Ты не легионер, ты галл! Это я легионер!
— Нет я! У тебя должен быть лук!
— Не должен! У меня меч! И два пилума!
— А у меня копье!
— А с копьями дерутся только трусливые галлы!
— Сам ты галл! И сам ты трусливый! А я легионер! И я тебя буду убивать!
— Ты галл, грязный вонючий галл! Первая когорта, за мной! — и «легионер» замахнулся «мечом». Ожидавшая окончания «дележки» на «своих» и «чужих» толпа заревела и бросилась друг на друга, размахивая деревяшками.
Тах, тах, бах — глухие звуки ударов «мечей» и «копий» слышны были, наверное, в самом порту. Затем стайка мальчишек заревела еще громче и организованным беспорядком помчалась дальше. Видимо, выяснять, кто же из них все-таки легионеры, а кто галлы. В общем, «война» в самом разгаре.
Эх, дети, дети! Если б вы знали, как взрослые устали от того, во что вы с таким самозабвением играете! Как надоела империи эта война! Бесконечная! Ни конца, ни края ей нет! Как злой рок висит над страной. Будто кресло на троне проклято, и вот уже пятьдесят лет любой, садящийся в него обречен. А с ним обречена и вся Империя…
Высокий светловолосый человек со шрамом на щеке, в котором по внешности легко было узнать выходца из иллирийских племен, поежился и тряхнул головой, отгоняя невеселые мысли.
— Пошли. Нас ждут.
Воины тронулись, взяв командира в неплотное кольцо.
Да, солнце стояло высоко, было довольно жарко. Впрочем, здесь, в Средиземноморье, так почти круглый год. Сколько лет он уже здесь, а все никак не привыкнет. Само солнце тут не такое, будто заколдованное! Совсем не то, что в родной Британии… Там оно светит мягко, ласково, как нежная рабыня. А здесь колючее, жесткое, словно стерва-жена!
Однако он засмотрелся, отвлекся, а надо работать. Не за то ему платят, чтоб тут «прохлаждаться», на солнышко смотреть.
Амвросий поднял голову, и как оказалось вовремя. По улице не спеша поднимались воины. Конечно, все были переодеты в гражданское, вместо мечей у поясов небольшие кинжалы. Но Амвросий не один десяток лет жил в приграничных канабах. Можно сказать, всю Дунайскую границу изъездил. Уж он-то
