Я — невидимка. Один из избранников, единиц на поколение, кто получает уникальный шанс стать кем хочет, шанс исполнения заветного желания. И волею случая оно у меня такое. Мне не нужна власть над миром, деньги или слава, мне нужно лишь чтобы меня оставили в покое.
Авторы: Кусков Сергей Анатольевич
знает, какой взгляд у матерых волков. Прожженных ветеранов, прошедших не один десяток битв. Да и походка. Идут легко, бесшумно, размеренно, слажено. Как в строю…. Вроде далеко друг от друга, а каждого товарища локтем чувствуют. И если что — ударят все вместе, разом…
— Эй, Дионисий, подь сюды!
Пацаненок, копавшийся в куче хлама у трактира напротив резво подбежал.
— Да, дядь Амвросий!
Старик кинул ему монетку.
— Быстро в «Три барана», скажешь, Титу, товар доставили, везут от северных ворот.
— Да дядь Амросий! — и мальчишка дал стрекоча в направлении порта. Он всегда с удовольствием выполнял мелкие поручения старика, какими бы странными те ни были. Потому, что тот не жмотился и хорошо спонсировал подобный труд. Хотя иногда поручения были мягко говоря странными. Вот и сейчас — какой груз, какой товар, если по улице не ехало ни одной повозки? Но это уже не его, Дионисия дело. На сытный ужин он сегодня заработал…
Вывеска была не броской, не размалеванной местными умельцами, дабы привлечь поболее клиентов. Она даже не была большой. Так, простая серая неказистая табличка на двери.
— Командир, не нравится мне здесь! — Марк, самый молодой из бойцов, поежился и вопросительно огляделся.
Он привык доверять интуиции Марка. Этот галл прошел с ним не одну битву, его природное чутье всегда спасало от самых неведомых опасностей. И если он говорил: «Не нравится!», то воины обычно сразу обнажали мечи и накладывали стрелы на тетиву.
Но сейчас у них нет оружия. Как он смог уговорить их взять только кинжалы? Ох, видно все-таки зря! И самострел хороший тоже бы не помешал. Но все, отступать поздно, уже пришли. Он не уйдет вот так, просто развернувшись, какая бы опасность не ждала внутри. Честь и гордость не позволит.
— Двое, — донесся слева голос Секста Одноглазого. — Один от ворот идет следом. Дело свое знает, профи.
— Второй? — спросил командир, не поворачивая головы.
— Торчит на противоположном конце улицы. Дрова выгружает. Взгляд, заинтересованный не в меру.
— Трое, — подумав немного, ответил командир. — Под окном через улицу нищий. Тоже не просто так сидит.
— Но как? — открыл рот в немом восхищении апулиец. — Я не заметил!
— Учись, Секст, учись. Пока молодой. Проживешь с мое — и ты сможешь. — командир улыбнулся. — Должен будешь мочь…
— На первый взгляд все без оружия…
— Это так кажется. Эта тройка стоит половины центурии. Во всяком случае, я поменял бы их именно в таком соотношении. Пошли, хватит стоять.
Воины не привыкли спорить. Приказ идти — значит идем. Даже если идем в ловушку…
Их было шестеро. Человек со шрамом и пятеро телохранителей. На первый взгляд все почти без оружия, но старик знал, на что способны эти люди даже голыми руками. Именно поэтому, чтоб никого не провоцировать — характер у варваров слишком буйный, несмотря на сотни лет владычества Рима — охрана заведения была отослана, все оружие убрано.
Воины, не спеша, вошли внутрь, расселись за столиками у противоположных стен. Лицом к выходу, спиной к стенам, охватывая взором всю территорию, таким образом, чтоб в любой момент быть в зоне досягаемости командира, севшего за столик в центре. Служанки-рабыни тут же кинулись к бравым воякам принимать заказы. Отставной ветеран Тит по прозвищу Мордобой, хозяин заведения, довольно улыбнулся за своей стойкой. Старик улыбнулся в ответ. Сработало! Клиент клюнул!
В зале было почти пусто. Только два крепко датых мужика с эмблемой курии камнетесов «догонялись» на лавке у окна, весело потягивая дешевое кислое вино и негромко споря. Рослый плечистый прилично одетый здоровяк, очевидно, управляющий какой-нибудь окрестной виллы, плотно завтракал у дальней стены. Древний старец не спеша пережевывал неаппетитную бурду за столом в углу. Старый, трухлявый, пальцем ткни — рассыплется. Да чернокожий возница с ошейником на шее и кнутом за поясом с блаженной улыбкой на лице медленно отхлебывал из своей кружки, видимо, растягивая удовольствие. Хороший раб пьет хорошее вино.
Ребята вынесут их в два счета. Терпимо.
На новоприбывших посетители почти не обратили внимания, продолжая заниматься своим делом. Конечно, день на дворе, чего им бояться? Мордобой и поножовщина начнутся ночью, после заката, когда уставшая от трудов праведных толпа рванет расслабляться и пропивать честно заработанное. Вот тогда любой вошедший солдат или отставной ветеран будут рассматриваться как объекты потенциальной угрозы. Или цели. Кому как. А вот хозяин командиру не понравился. Уж слишком самодовольный тип, чересчур нахальная улыбка. Да и стойка у него прочная, удар тараном выдержит. Небось, и самострел заряженный там
