Я — невидимка. Один из избранников, единиц на поколение, кто получает уникальный шанс стать кем хочет, шанс исполнения заветного желания. И волею случая оно у меня такое. Мне не нужна власть над миром, деньги или слава, мне нужно лишь чтобы меня оставили в покое.
Авторы: Кусков Сергей Анатольевич
в живот чернокнижнице. Раздалось шипение. Белый раскалённый клинок упал рядом на траву.
— Ты не понял? Я никого не хочу убивать, идиот! — взорвались огнём её глаза. — Просто оставьте меня в покое!
На груди черноволосого вдруг взорвался амулет. Раскаленные части его впились в кожу, а затем начали плавится, вплавляясь в самое мясо. Грудь взорвалась от боли, мужчина выгнулся дугой, а исчадие ада стояло и смотрело, продолжая вливать в такой мощный в прошлом защитный амулет свою черную энергию…
…Когда он пришёл в себя, рядом сидел Таймураз и матерился на каком-то кавказском языке. Каком — трудно понять, он знал их больше десятка. Чуть поодаль люди из бригады Семёна оказывали помощь Витьку, используя невероятно мощные средства. Ещё дальше бойцы Таймураза перевязывали руки Славику, вкалывая в вену обезболивающее.
— Тамик, что тут… Чем всё кончилось? — выдавил он из себя.
Безопасник горько усмехнулся и вытащил сигарету.
— Я приказал её не трогать. Выпустил. Нам она не по зубам.
Взгляд усатого упал на ещё дымящиеся наручи, мощнейший артефакт из спецхрана. Да, она им не по зубам.
— Все живы?
Тамик кивнул.
— Витька плох. Но глаза вроде целы. Жить будет. У Славика ладони до костей прожжены. Ничего, выкарабкаются. Остальные так, мелочи — переломы, сотрясения…
— Почему вы не стреляли? — он вытащил из протянутой пачки сигарету и себе, подкурил, жадно вдохнул сладкий дым.
— А, постреляй вот этим! — и безопасник вытащил из-за спины то, что осталось от мощной зачарованной штурмовой винтовки. Оплавленный остов.
— Вот…! — и темноволосый позволил себе расслабиться, высказав в окружающее пространство всё, что думает обо всём этом пространстве, начиная с собственного начальства, и кончая этой долбанной чернокнижницей.
— Что теперь будет, Тамик? А?
Таймураз затянулся и посмотрел на алеющий на пол неба закат, виднеющийся даже поверх деревьев и пятиэтажек вдали.
— Да кто его знает!
ЭПИЛОГ, плавно переходящий в следующий пролог
— Ну и чем обязан сиим перевоплощением?
— Обстановка изменилась. Сбрось скорость, тут яма.
— Ага. И всё же? Я насчет смены образа.
— Ну… В общем, начну издалека. И не пялься на мои коленки, отвлекает. Почему-то раньше ты их в упор не видел, а тут глаза не отводишь.
— Раньше они неживые были. А теперь настоящие. А это в корне меняет дело! Да и обманываешь ты, у тебя было слишком длинное платье, чтобы их оценить.
— Ну-да, ну-да. Но ты и то, что видно, не оценил. Вот в чём штука. Думаешь мне было приятно, как женщине?
— Думаю, тебе было всё равно, как ангелу. А теперь, как женщине, как раз и приятно. Вижу же, аж млеешь!
— Мишенька, нам нужно от погони уходить. Какие тут могут быть коленки?
— Ладно, уговорила. Так что там насчёт смены образа?
— Хм-м-м. Как уже сказала, начну издалека. У вас любят сетовать, что, дескать, бог не слышит молитвы. Это неправда, он их слышит.
— Не сам, разумеется. Для этого у него и есть вы.
— Разумеется. У нас есть целый отдел молитв, который этим занимается. И толковых ребят там хватает.
— А что ещё у вас есть?
— Много чего. Может, всё же не будешь перебивать?
— Может и не буду.
— Вот и не надо. Так вот, тебя услышали. Аккуратнее, окосеешь!
— Ой, йо!…….!
— Не сквернословь, за дорогой лучше, смотри!
— А ты мне больше нравишься. Я даже осознал, насколько ты красивая!
— Миш, это твой такой своеобразный способ отомстить? Н, хорошо, прости меня, что так поступила. Но поверь, в этой ситуации иного выхода не было…
— Ладно, Элл, не извиняйся. Всё в норме. Просто крышу рвёт. То я богинь всяких убиваю, то творцов этого мира встречаю, то метаю машины по воздуху силой мысли. А потом становлюсь темным мессией с сияющими глазами, и под конец твое перевоплощение.
— Да уж, веселенький денёк!
— Кстати, такая ты мне больше нравишься! Честно! Образ зануды — не твой. Да и красивая ты…
Ладно, так что там с отделом молитв? Чего они там у меня услышали?
— Ну, наконец о деле! За ним охота ведётся, а он о ерунде полчаса треплется! Да глазки-то на дорогу переведи!… Что, может юбку выше задрать?
— Задери.
— Еще и наглый хам. НА ДОРОГУ СМОТРИ!
— Ай!… Ах ты…! Урод! Куда прёшь! Понарожают, блин, всяких!… Ладно. На чем остановились?
— На юбке.
— Точно. Кто-то грозился её приподнять.
— Было дело.
— Ну, так в чём проблема?
— Да ни в чем, в общем. Насколько приподнимать? Вот так хватит?
— Ага.
— Может выше?
