Я — невидимка. Один из избранников, единиц на поколение, кто получает уникальный шанс стать кем хочет, шанс исполнения заветного желания. И волею случая оно у меня такое. Мне не нужна власть над миром, деньги или слава, мне нужно лишь чтобы меня оставили в покое.
Авторы: Кусков Сергей Анатольевич
с корочками…
Настя бросилась на колени перед бродягой и приложила руку к сонной артерии. Пульса не было. Дотронулась до лба. Мертв. Сознание не откликается. Выпит. Иссушен. Она опоздала! Слишком поздно!
Склонившись над бездыханным телом, охотница тихонько заплакала. Как же это так? Почему? Ведь всего же чуть-чуть?! Ведь видела же физиономию того отморозка, поняла его намерения? Зачем справляла «ля-ля» с теми козлами в форме наверху? Считала, что успеет? Догонит? А он не стал никуда уходить! Убил прямо здесь, на площади, в подземном переходе. А она? Посчитала себя чересчур самоуверенной! Теперь наказана. Ведь этот человек, каким бы он ни был, бродягой, бомжом, попрошайкой, ведь был живым! Бог создал его и его душу. А она обязана была его защитить от нелюди! Но возгордилась, расслабилась и…
Люди вокруг стали с криками разбегаться. Через мгновение сильные мужские лапы схватили девушку, вывернули руки и ткнули лицом в грязный опплеваный асфальт перехода. Щелкнули «браслеты», сковывая ее запястья. Затем один из бойцов ударил ее в бок носком сапога.
Боль в боку отрезвила Настю, вернув мысли в реальность. Да, человек умер, но подонок, убивший его, ушел. Почти ушел. А если она его не остановит, «почти» превратится в «совсем». И в этот момент такая злость, безудержная и всепоглощающая, на людей в форме, накатила на нее!
Наручники расстегнулись и спали. Настя резко оттолкнулась ногами от земли, придавая телу ускорение и вкладывая его в удар по подбородку ближайшему из спецназовцев. От полученного апперкота тот начал оседать на землю. Не дожидаясь, пока бойцы придут в себя, она мысленно ударила. Ментальная волна не вырубила их, все же бойцов было пятеро, слишком много для узконаправленного удара, но ошеломила. А вот продуктом этого ошеломления она и воспользовалась, вручную вырубив их всех четко отработанными движениями. Реально сопротивляться смог только один из пятерых, но и тот быстро осел.
Из-за угла выскочило еще два автоматчика.
— Стоять! — Настя вытянула к ним руки. Те послушно замерли, опустив оружие. Это было сложно, очень сложно, управлять сразу двумя. Но необходимо.
— Мне надо идти. Вы меня не станете останавливать. Положите оружие.
Бойцы медленно, не соображая, что делают, положили автоматы на землю.
— Идите.
Те послушно развернулись и пошли назад.
— Чертова гипнотизерша!
Глухов подошел сзади, пока она возилась с двумя последними и не могла почувствовать.
— Майор, теперь ВЫ будьте благоразумны, опустите пистолет. — Настя медленно обессилено повернулась. Надо срочно восстановиться, еще бой с блондинчиком, а тот слишком хорошо «поужинал». Не спеша, подняла свои игрушки, ствол и меч, достала из внутреннего кармана пару «колес» и кинула их в рот. Для поднятия тонуса.
— Я не из вашего ведомства и вам не по зубам.
Глухов осмотрел поле боя, оставшееся за девушкой. Лежачих спецназовцев. Геройствовать не спешил.
— С ними все будет в порядке, они просто без сознания.
— Кто ты, черт возьми?
Уже идя к противоположному выходу, куда вел след, Настя обернулась:
— Ведьма. И опусти свою дурацкую пушку.
* * *
— Ну, здравствуй, здравствуй! Заходи, электрик! — показалась из-за двери довольная улыбающаяся физиономия, напомнившая сытого довольного кота из одной детской книжки.
— Рассказывай, как это тебя угораздило, горе ты наше! Откуда ж у тебя всё же руки растут? Ничего доверить нельзя! Или испортишь, или облажаешься. Или напортачишь так, что потом грести долго-предолго. Мих, хоть обижайся, хоть нет, я бы на твоем месте …чить не рискнул. Мало ли!..
И он расхохотался собственной шутке. Я натужно улыбнулся. Раньше, возможно, хохотал бы с ним, но сейчас было не до смеха.
Прошел в комнату. Макс снимал по знакомству, впрочем, как обычно, однушку на МЖК. Дом новый, комната большая, кухня огромная по сравнению с моей. То есть с бабушкиной. Наша квартира уже два года квартирантам сдается. Хотя и в ней кухня раза в два меньше Максовой. Однако, жилплощадь эту он домом своим не считал, являясь таким своеобразным космополитом: его дом — весь мир. Квартира была нужна в качестве перевалочной базы. Макс и называл-то ее в разговоре не иначе, как «берлога». Здесь проводились всевозможные пьянки и гулянки (невозможные тоже). Сюда мы тащили девчонок. Мое любимое место было на кухне (комнату с диваном занимал он по праву хозяина). Там и стол есть, и подоконник, и матрас дежурный в углу на всякий случай, специально для меня, и чаю попить всегда можно. Ну,
