я, скрипнув зубами. Увиденное означало конец не только моим планам, но и Чщаси. Сейчас город еще кое-как держался, раздираемый клановыми войнами. На выучке солдат, хорошем обмундировании и сильных лидерах-бойцах. Потому что враг был разрознен, разбит и плохо вооружен. Но стоит надеть на демонических тварей доспехи, выдать гориллам мечи и копья, а главное – объединиться всем трем вражеским армиям – и конец станет неминуем.
– Отступник из Пинг, – заметила Аи. – Нужно отойти и сообщить всем кланам, что враг налаживает производство оружия.
– Нет и да. Мы пошлем одного гонца к Янусу. Остальным придется ударить немедля. Пока идут споры и сбор войск – враги вооружатся, и тогда нам их не выбить. Нужно действовать сейчас, – прошептал я, перебираясь ближе к кузне, но Аи вовремя успела сжать мое плечо, кивком указав на крышу. Черт, чуть не попались. Дозорные вороны, с тремя волками, спящими у ног. Молодыми, почти щенками. Полгода. Дьявол. Будь я здесь, на месте, сейчас все развивалось бы по-другому.
Я оглянулся и увидел, что Куват дрожит, не отрывая взгляда от волка, одетого в кимоно и мерно цедящего чай из украшенной чашки. Мой защитник, правая рука и важнейший член тройки – боится? Это крайне скверное открытие. Еще одно за сегодня. То, что я считал монолитным – разваливается прямо на глазах. Аи, считающая, что я ее предал, обручившись с Юн. Защитник, который боится врага.
– В чем дело? – спросил я тихо, и медик тоже заметила перемену.
– Мы попали в сражение, в котором не смогли выиграть, – шепотом ответила девушка, протягивая орку какую-то таблетку. – В нем Кувата очень серьезно ранили. А враг, почти такой же, как этот, но со стальной рукой, чуть нас не убил. Я рада, что вы вернулись, господин. Это лучшее, что с нами произошло за полгода. Не волнуйтесь, несколько минут – и страх уйдет.
– Ты дала ему наркотики? – хмуро посмотрел я на Аи, и девушка нехотя кивнула. – Так можно только забыться, но не победить. Если хочешь перебороть страх, перестать боятся – ты должен уничтожить врага, а не трястись от возможной схватки. Мне нужен защитник, который прикроет щитом и телом от любой опасности. Сможешь?
– Да. Да, для вас смогу, господин! – ответил Куват, мелко кивая. Но куда громче, чем хотелось бы. Несколько воронов тут же повернули головы в нашу сторону, расталкивая питомцев. Око урагана накрыло нашу обнявшуюся троицу, взгляды прошли сквозь нас, по стылым обломкам, но обмануть волков было сложнее. Они шли, обнюхивая все вокруг, и я едва успел выкинуть приманку, к которой тут же бросились сразу несколько еще не натасканных щенков. За косточку началась драка, волки рычали, пытаясь отобрать друг у друга лакомство.
– К ноге! – картавя, скомандовал горе-дрессировщик. Но волчат пришлось разнимать силком.
– Что там у вас? – заметив оживление, спросил дальний дозорный, и я увидел, как поднялись у волка-ёкая уши, ловя малейший ответ.
– Все в пор-рядке. Пр-росто щенки кость нашли, – ответил спустившийся к питомцам ворон, и остальные потеряли интерес к происходящему. По тому, как хватались за дубины и оружие враги, понятно – они ждали нападения. Но не от войск Чщаси, которые забили собственные ворота гвоздями. Значит, их предприятие все еще неслаженное, еще рискованное, а у нас есть шанс.
Получится у меня или нет? Все ядра полностью сформировались, Кингжао научила новым техникам, я насытился и готов к бою. Но выйдет ли, как нужно? Юн, если бы была здесь, без труда использовала бы нужный мне прием. У девушки гораздо меньше сил, но ее навыки оттачивались годами под наблюдением верховной жрицы храма Послушания. И война с нагами показала все ее сильные стороны. Я же такому только начал учится.
– Что ты сказал?! – проревел ближний ко мне гар, здоровенная белая зверюга под два с половиной метра ростом, и замахнулся на проходящего мимо ворона дубиной. Тот успел отскочить, но остальные гориллы уже оторвались от работы, похватав, что было под рукой. Вороны не остались в стороне. Посохи, моргенштерны и цепы мигом оказались в ладонях.
– Тихо все! – гаркнул волк, аккуратно ставя чашку на низенький стол. – Вернуться к работе!
– Да мы что… – начал ворон, и в этот момент мне удалось сломить психику гориллы. Я не мог управлять им, не мог даже снять ограничители, а потому давил на нервные центры. Страх и ненависть, порождающие ярость. Отупляющие. Не позволяющие собраться с мыслями и устремленные только на одно – нести разрушение.
Гар прыгнул вперед, нанося удар по расслабившемуся ворону и размазав его мозги по уцелевшей каменной стене. Сразу несколько ножей просвистело, глубоко вонзившись в тело озверевшего врага, но тот оказался на редкость живучим и бросился вперед под ободряющие крики
