Вампиры. Антология

В новой антологии собраны тридцать пять классических и современных историй о вампирах, принадлежащих перу таких известных авторов, как Клайв Баркер, Роберт Блох, Нил Гейман, Танит Ли, Ким Ньюмен, Кристофер Фаулер, Брайан Ламли и других.

Авторы: Нил Гейман, Блох Роберт Альберт, Вилсон Фрэнсис Пол, Мэтисон Ричард, Баркер Клайв, Уолдроп Говард, Артур Кери, Ченс Карен, Джонс Стивен, Ярбро Челси Куинн, Кэмпбелл Дж. Рэмсей, Кейв Хью Барнетт, Стэблфорд Брайан Майкл, Кирнан Кэтлин, Фаулер Карен Джой, Миллер-младший Уолтер Майкл, Эллисон Харлан, Танит Ли, Холдер Нэнси, Веллман Мэнли Уэйд, Ламли Брайан, Коппер Бэзил, Макоули Пол Дж., Тримейн Питер, Вагнер Карл Эдвард, Кларк Саймон, Лилит Сэйнткроу, Тем Мелани, Мастертон Грэхем, Рат Тина, Баундс Сидни Джеймс, Берк Джон, Нэнси А. Коллинз, Дэниэлс Лес, Шоу Дэвид Джей, Гарфилд Франсез, Этчисон Деннис, Тэм Стив Рэсник

Стоимость: 100.00

седла Принца свисал щит, странный щит. На одной его стороне скалилась морда льва, но на другой белел смиренный ягненок.
Деревья застонали, головы их треснули, раскрыв огромные рты.
— Это гроб Бьянки? — промолвил Принц.
— Оставь ее с нами, — взмолились деревья.
Они качнулись и поползли на корнях. Земля содрогнулась. Гроб из ледяного стекла тряхнуло, широкая трещина расколола его.
Бьянка закашлялась.
Кашель выбил частицу Причастия из ее горла. Тысячью осколков рассыпался гроб, и Бьянка села. Она взглянула на Принца. Она усмехнулась.
— Добро пожаловать, желанный мой, — сказала она. Бьянка поднялась, тряхнула головой, разметав волосы, и направилась к Принцу на белом коне.
Но вошла она, казалось, в тень, в багровую комнату; затем — в малиновую, чье свечение пронзило ее, точно безжалостные ножи. Дальше — желтая комната, где она услышала плач, терзающий уши. С тела ее словно содрали всю кожу; сердце ее забилось. Биения сердца превратились в два крыла. Она полетела. Она была вороном, затем совой. Она летела в искрящемся стекле. Стекло опаляло ее белизной. Снежной белизной. Она стала голубем.
Голубка села на плечо Принца и спрятала голову под крыло. В ней не осталось больше ничего черного, ничего красного.
— Начни все сначала, Бьянка, — сказал Принц.
Он поднял руку и снял птицу с плеча. На запястье его виднелась отметина, похожая на звезду. Когда-то в эту руку входил гвоздь.
Бьянка взмыла ввысь, легко пройдя сквозь зеленую крышу леса. Она влетела в изящное окошко винного цвета. Она была во дворце. Ей было семь лет.
Королева-Колдунья, ее новая мать, повесила ей на шею тонкую цепочку с распятием филигранной работы.
— Зеркало, — произнесла Королева-Колдунья. — Кого ты видишь?
— Я вижу вас, госпожа, — ответило зеркало. — И все на земле. И я вижу Бьянку.

Грэм Мастертон
Лэрд Дунайн
Перевод: Г. Соловьева

За последние годы Грэм Мастертон опубликовал несколько новых романов в жанре хоррор. Среди них — «Привратники» («The Doorkeepers»), «Снежный человек» («Snowman»), «Пловец» («Swimmer»), «Травма» («Trauma»), также известный под названием «Прекрасная зима» («Bonnie Winter»), «Неописуемый» («Unspeakable») и «Жестокая красавица» («A Terrible Beauty»). Действие последней книги происходит в Корке (Ирландия), где автор жил несколько лет до возвращения в Англию в 2002 году.
Как раз в этом году вышло специальное издание первого романа Мастертона, «Маниту» («The Manitou»), приуроченное к двадцатипятилетию его творческой деятельности, а также были переизданы многие другие произведения, в том числе «Плоть и кровь» («Flesh and Blood») и романы «Ритуал» («Ritual») и «Бродяги» («Walkers»), вышедшие в одном томе. Недавно в Соединенных Штатах впервые опубликованы романы «Дух» («Spirit») и «Избранное дитя» («The Chosen Child»).
«Идея рассказа „Дэрд Дунайн“ родилась во время уик-энда в Инвернессе, — объясняет Мастертон, уроженец Эдинбурга. — По каким-то причинам рассказ стал очень популярен в Европе и много раз издавался на разных языках. Это первое мое произведение, послужившее основой для книжки комиксов; она появилась в Польше под названием „Наследник Дунайна» („Dziedzic Dunain»)».
Рассказ написан специально для этой антологии…

В альков портной прокрался, оставил лоскутки,
Подушки были мягки, и простыни тонки,
В альков портной прокрался, оставил лоскутки…
Р. Бернc. «Портной»

Вдалеке,