В новой антологии собраны тридцать пять классических и современных историй о вампирах, принадлежащих перу таких известных авторов, как Клайв Баркер, Роберт Блох, Нил Гейман, Танит Ли, Ким Ньюмен, Кристофер Фаулер, Брайан Ламли и других.
Авторы: Нил Гейман, Блох Роберт Альберт, Вилсон Фрэнсис Пол, Мэтисон Ричард, Баркер Клайв, Уолдроп Говард, Артур Кери, Ченс Карен, Джонс Стивен, Ярбро Челси Куинн, Кэмпбелл Дж. Рэмсей, Кейв Хью Барнетт, Стэблфорд Брайан Майкл, Кирнан Кэтлин, Фаулер Карен Джой, Миллер-младший Уолтер Майкл, Эллисон Харлан, Танит Ли, Холдер Нэнси, Веллман Мэнли Уэйд, Ламли Брайан, Коппер Бэзил, Макоули Пол Дж., Тримейн Питер, Вагнер Карл Эдвард, Кларк Саймон, Лилит Сэйнткроу, Тем Мелани, Мастертон Грэхем, Рат Тина, Баундс Сидни Джеймс, Берк Джон, Нэнси А. Коллинз, Дэниэлс Лес, Шоу Дэвид Джей, Гарфилд Франсез, Этчисон Деннис, Тэм Стив Рэсник
наполнил бокал и протянул его Гарленд. Его рука немного дрожала.
— Нет, это для тебя, — отказалась она. — Я выпью после. Ларри сделал глоток.
— Вкусно!
— Да, только для наших лучших друзей!
— Мы, конечно, весьма признательны вам за это, — сказал он, делая при этом еще один глоток.
— Зовите меня Гарленд.
Клаудия тем временем усадила Гая в массивное мягкое кресло, а сама устроилась на его подлокотнике. Они нежно перешептывались и хихикали.
— Ларри, — сказала Гарленд, — ты держишься так, словно частенько бываешь в местах, подобных этому.
— Пусть мои манеры не вводят вас в заблуждение, — возразил он, подняв на нее взгляд карих глаз. — Ни в каких таких местах я не бываю.
Гарленд придвинулась к нему ближе.
— Расскажи мне немного о себе.
— Я всего лишь первокурсник, первокурсник в Эллерби. Ничего интересного в этом нет.
— Но должно же быть хоть что-нибудь? — Она придвинулась еще ближе. — Жизнь в общежитии наверняка очень веселая. Давай рассказывай!
Ларри с пылом сжал протянутую Гарленд руку.
— Ну, первый год непрост. — Казалось, ему было трудно говорить. — Хотя в Эллерби порку больше не практикуют, но приходится все же попотеть, чтобы перевели на следующий курс.
Она положила его руку себе на плечо и принялась пересчитывать его пальцы, сопровождая счет нежными щелчками по ним. В противоположном углу комнаты Клаудия и Гай уже нашли общий язык. Она сидела, удобно устроившись на коленях Гая, потягивая при этом его за ухо.
— Вот это по-настоящему отличный дом, — медленно выговорил Ларри. — Дом… — Ларри сглотнул. — Дом хорош.
«Здесь было бы уместно, — подумала Гарленд, — если бы он сказал что-то вроде: „Как некстати такой очаровательной девушке ввязываться в такое грязное дело»». Но ничего подобного он не сказал. Подумав, что следует проявить инициативу, она взяла его руку и накрыла ею свою мягкую грудь.
— Нравится? — шепотом спросила Гарленд.
Он не мог не догадываться, к чему все идет, погружаясь в захватывающий мир смешанных чувств. Дядя Уит не потрудился подготовить его к подобному развитию событий. Ларри растерянно смотрел по сторонам плохо освещенной комнаты. Его бородка, казалось, поникла, а в глазах застыла мольба о помощи.
— Ну что, Ларри? — промолвила Гарленд. — Ступай за мной.
Поднявшись, она потянула его за руку, предлагая и ему встать. Физиономия Ларри расплылась в улыбке. Он сообразил, что им лучше удалиться, оставив наедине Клаудию и Гая, так уютно расположившихся в кресле. Гарленд взяла лампу и увлекла его за собой в холл.
— Ух ты! — не удержался Ларри. — Лестница! Винтовая! Как в историческом фильме!
— Неужели?
Лестница взвивалась и исчезала в темноте. Гарленд осторожно вела его, Ларри очень нравилось быть ведомым. Очарованный своим проводником, он не обратил никакого внимания ни на дыры в ковре, ни на расшатанный отрезок балюстрады, встретившиеся им на пути. Наконец они очутились на самом верху. Лампа в руке Гарленд тускло освещала выцветшие розы на ковре.
— Здесь, — сказала она. — Вот моя комната.
Она отперла тяжелую дверь и распахнула ее внутрь. Переступив порог, они оказались в комнате. Гарленд поставила лампу на стол рядом с окном в нише.
— Клянусь, — тихим голосом сказал Ларри, — это здорово: старинная кровать с пологом, скамья — должно быть, они дорого стоят; они древние.
— Древнее, чем я! — улыбнулась ему девушка.
— Ты не древняя, Гарленд, ты очаровательная!
— Как и ты, — ответила она совершенно искренне. Они расположились на кровати, покрытой темно-синим бархатом с выцветшими золотыми кисточками по краям. Ларри вновь казался подавленным.
— Не могу выразить, как все это мило, — заикаясь, пролепетал он.
— Вот и не пытайся. Забирайся с ногами.
— Хорошо.
— Сейчас расслабься.
Ларри откинулся назад. Она распахнула как можно шире уже расстегнутый воротничок рубашки.
— Какая у тебя восхитительная шея!
— Это вот у Гая — шея! Он упражняется с гирями.
— Позволь Клаудии заняться Гаем. Ты со мной.
За дверью послышалось мягкое шуршание. Не обращая на него никакого внимания, Гарленд склонилась над затихшим юношей, массируя нежными пальцами его виски и шею. Глаза Ларри были закрыты, он дышал ритмично, словно во сне. Гарленд склонялась все ниже, пальцы ее рук плотно обхватили шею Ларри.
Свет лампы играл холодными бликами на ее алых губах. Приоткрытые, они обнажали длинные острые зубки. Прильнув к молодому человеку, она замерла с открытым ртом.
За дверью звучали плохо различимые нечеловеческие голоса. Гарленд быстро встала и подошла к двери. Открыв ее, она увидела толпящиеся тощие фигуры
