Вампиры Лос-Анжелеса

сказал он, пытаясь нарисовать в уме схему предстоящего пути. Переехать на Санта–Моника Фривей, потом через центр на север, на шоссе Сен–Бернаррдино, через восточный Лос–Анжелес, Монтерей–парк. Он будет мчаться в Вегас, словно за ним гонятся все демоны Ада. Возможно, даже Вегас – не слишком безопасное место. Возможно, им стоит просто ехать на восток с максимальной скоростью и не оглядываться.
Соланж включила радио и принялась искать станцию, не заглушенную помехами. В самом дальнем конце шкалы слабо пробился голос диктора:
– Сегодня президент объявил… нормирование бензина… члены Конгресса… отличают… Бизнесмен из Лос–Анжелеса… признан виновным… толчки ощущались на расстоянии в… Национальное Бюро Погоды рекомендует…
– Прибавь громкости,– сказал Вес.
Соланж повернула регулятор, но треск статических помех покрывал почти все.
– …предупреждает всех водителей… от Ланкастер–Палмдейл и до южного района… Национальная Служба Погоды рекомендует всем водителям… – Завыли помехи и станция совсем замолчала.
“Мерседес” мчался через деловой центр Лос–Анжелеса. Соланж видела верхушки наиболее высоких зданий: Национального Банка, “Юнион Бэнк”, два близнеца–монолита из черного гранита – “Банк Америки”, серебряный цилиндр отеля “Бонавернтура”, нависающая громада “Арко Плаза”. Все они были окружены золотистым туманом песка. С ревом проносились целые песчаные смерчи, словно “мерседес” попал в снежный буран. Она посмотрела на Веса – лицо лоснилось испариной. Он поймал ее взгляд и сказал мрачно:
– Все будет нормально. Нам бы только добраться до Интерстейд–15, а там начнутся горы, они срежут этот ветер…
Он надавил на педаль тормоза. Впереди дорогу перекрыли три автомобиля, столкнувшиеся прямо посреди шоссе. Вес почувствовал, как слой песка, покрывавший шоссе, ненадежен, как слой льда. Он быстро вывернул руль в сторону заноса. Три столкнувшихся автомобиля быстро приближались, красный стоп–сигнал у одного из них продолжал еще мигать. “Мерседес” все еще скользя по песку, пронесся мимо. Завизжал металл, но машина выпрямилась, пошла свободно. Вес перевел дыхание, увеличил скорость работы “дворников”, но все равно он едва мог видеть, куда движется. По правой стороне шоссе стояла машина, врезавшаяся в бетонное ограждение. Соланж увидела тело водителя, свисавшее в открытую дверцу. Она не обернулась. “Времени осталось совсем мало”,– подумала она. И похолодела.
Река–канава Лос–Анжелес–ривер была забита песком – они пересекли ее по короткому мосту. Теперь вокруг был густо населенный район Бойли–хейтс. Вес включил кондиционер, потому что за последние пять минут температура резко поднялась. Воздух стал спертым и невозможно было вздохнуть, не почувствовав на зубах привкус песка. Они промчались мимо горящего перевернувшегося автомобиля – пламя бешено рвало на ветру.
И в следующий момент темно–коричневая туча, казалось, сотрясавшая своей яростью землю, накрыла машину, затмив небо. Словно пыль из–под копыт наступающей армии дьяволов. Туча поглотила “мерседес”, полностью ослепив их, покрыв ветровое стекло толстым слоем песка, в котором увязли “дворники”. Вес вскрикнул, повернул руль вправо. Часто и громко стучало сердце. В зеркальце заднего вида показалась пара фар. Они пронеслись мимо и в следующую секунду машина, обогнавшая их, покатилась по шоссе, переворачиваясь раз за разом, исчезнув за завесой песка.
– Ничего не вижу,– крикнул Вес. – Ничего! Придется тормозить. И, Бог мой, я даже не знаю, где мы сейчас!
Он пытался нащупать левым крылом бетонный поручень ограждения, но не мог его найти. Мотор кашлял и хрипел.
– Боже! – пробормотал Вес,– только не сейчас! Боже, не покидай меня именно сейчас!
Мотор опять кашлянул.
– В моторе столько песка, что даже верблюд задохнулся бы! – Он надавил на педаль газа, но двигатель кашлянул еще раз и окончательно замолчал. Машина прокатилась ярдов десять и остановилась. Вес до хруста сжал руль.
– Нет! – сказал он. – Н Е Т!
Кондиционер тоже перестал работать, и воздух в кабине стал горячим и душным, как в склепе посреди Сахары. Вес провел рукой по лицу, посмотрел на блестящие капельки пота.
– Вот так,– сказал он. – Мы засели.
Они сидели молча, слушая насмешливые завывания бури и сухое царапанье песка по металлу.
– Который час? – спросила наконец Соланж.
Весу страшно было посмотреть на часы.
– Почти пять,– сказал он. – Может, больше.
– Скоро стемнеет…
– Сам знаю! – рявкнул раздраженно Вес и ему тут же стало стыдно. Соланж быстро отвернулась от него, глядя в окно, но там ничего не было видно, потому что поток песка был слишком