Вампиры Лос-Анжелеса

жжет пальцы,– прохрипел Мартин.
– Чем вы занимались в вашей жизни? – спросила Соланж.
Планшет снова начал выбирать буквы, составляя слова. На этот раз быстрее.
– С… О… О… Б… Щ… Е… Н… И… Е… – прочел Вес.
Это слово было повторено еще раз, еще быстрее. И потом снова слово начало приобретать форму.
– З… – сказал Вес. – …Л… О… – Он написал “ЗЛО”!
– Это все сообщение? – спросила Соланж тихим голосом, который показался громом в тишине комнаты. – Что оно означает?
Планшет бешено завертелся, снова подпрыгнул к ряду черных литер.
– ЗЛО… ЗЛО… ЗЛО…
– С тобой есть кто–то еще?
– ДА.
– Кто?
– ТАКИЕ ЖЕ, КАК Я.
– Боже! – выдохнула Мисси и потянулась к бокалу с вином. Только пролив часть содержимого на модельные джинсы, ей удалось поднести бокал к губам.
– Как имя Таракана? – прохрипел Мартин.
– Имя?
Планшет лежал неподвижно. Соланж медленно повторила это вопрос, дважды. Планшет немедленно рывками выписал:
– ЕГО ИСПОЛЬЗУЕТ ЗЛО…
– Использует? – сказал Вес. – Что это должно означать?
– Один из нас хотел связаться с Орлоном Кронстином,– прошептала Соланж. – Он среди вас?
– ДА… – последовал немедленный ответ.
– Тогда пустите его вперед.
Последовала долгая пауза. Планшет казался мертво–неподвижным. Потом неожиданно едва не прыгнул вперед, чуть не упав с доски.
– Дерьмо! – прошептал Мартин, когда пластиковый треугольник завертелся из стороны в сторону между “ДА”, “НЕТ” и “ВОЗМОЖНО”. Три или четыре раза.
– Несфокусированная энергия,– спокойно объяснила Соланж. – Тихо, тихо. У вас есть сообщение для нас?
– Это даже лучше, чем телевизор,– чуть слышно отметил Вес. Мартин мельком взглянул на него и нервно хихикнул.
Потом планшет мгновенно сдвинулся к низу доски. Он начал бегать вдоль ряда букв. Вес наклонился вперед.
– ЗЛО… – прочитал он. – ЗЛО… ЗЛО… – снова повторяет одно и тоже слово.
– Это Кронстин? – спросила Соланж.
– ДА… ДА… ДА… – ответила планшетная пластина. – ЗЛО… ЗЛО… ЗЛО…
– Тише, тише! Какое зло? Можете вы нам сказать?
Планшет завибрировал, завертелся. Потом снова задвигался, быстро выписывая новое слово:
– ОНИ…
Планшет остановился так быстро, что Вес едва успел прочитать слово.
– Они. Очень интересное сообщение из мира духов.
Соланж открыла глаза и тихо сказала:
– Она движется опять.
Вес посмотрел на доску. Планшет передвинулся на “Ж”. Потом на другую букву, быстрее и быстрее.
– ЖАЖДУТ,– прочитала Соланж. Пластина снова начала по буквам составлять “ОНИ”.
– ОНИ ЖАЖДУТ, все сообщение. Теперь он повторяет слова…
– Что же это должно значить? – с тревогой спросил Вес.
– Вы можете сообщить нам что–нибудь еще? – начала Соланж, но пластинка вдруг остановилась. Соланж сузила глаза и на миг ему показалось, что он увидел в ее зрачках ошеломление и страх.
– Бобби? – спросила Соланж. – Кто это? Кто хочет говорить с нами?
И медленно, очень медленно, с жуткой тщательностью, пластинка вывела новое слово:
– ГЛУПЦЫ…
– Глупцы,– прочитал Вес. – Ради всего святого, что…
Соланж пронзительно закричала. Пластинка выскочила из–под пальцев, слетела с доски Оуйа и острым концом вперед метнулась к лицу Веса, направляясь прямо к его правому глазу. Он успел выбросить вперед руку, защищаясь. Пластинка ударила в ладонь и упала на ковер, как мертвый кусок пластмассы, каким она и была. В комнате послышался еще один вскрик, его эхом повторили двое или трое. Соланж вскочила с дивана.
– Вес! С тобой все в порядке?
– Конечно,– нервно сказал он. – Я в порядке.
Он поднялся на нетвердые ноги и посмотрел на кусочек пластмассы, едва не выколовшей глаз.
– Малыш едва не поцарапал меня, а? – Он засмеялся и взглянул на стоящих вокруг, но никто не улыбнулся.
– Кажется… меня сейчас… вытошнит,– сказала Мисси, красивое лицо которой приобрело желтоватый оттенок. Она, качаясь, направилась в ванную, сопровождаемая своим парнем.
– Она… двигалась! – сказал Мартин, качая взад–вперед головой. – Она на самом деле двигалась!
– Хватит! – сказала Соланж, беря Веса за руку и массируя его ладонь. – Тебе, Мартин, хотелось поиграть, вот ты и получил, что хотел.
– Да,– сказал Мартин, оглядываясь в поисках подноса с бокалами. – Веселая игра!
Вскоре кровь жизни снова влилась в жилы вечеринки, но это было уже не то. Некоторые гости начали уезжать. В гостиную словно бы залетел холодный ветер, и теперь пытался выбраться наружу. Снова загремел стереопроигрыватель. Алиса Бриджест принялась молить о малой толике чьего–то