Если уж замуж, то только по любви! Так я думала в свои юные двадцать три, а в двадцать семь за плечами был неудачный брак и трёхлетняя дочь на руках возится. И вот уже и замуж не так сильно хочется, да и количество желающих резко сократилось. Кому нужна девушка в комплекте с ребёнком?Но жизнь, штука не предсказуемая, а любовь тем паче. Одна беда, кого, где и как я прогневать успела, дабы получить на свою голову безответно влюблённого байкера? И ладно, если бы он в меня влюбился, так ведь нет!Или всё-таки… Да?
Авторы: Кувайкова Анна Александровна, Созонова Юлия Валерьевна
заднюю дверь и юркнула на водительское сиденье, вставляя ключ в замок зажигания. Двигатель послушно заурчал, а нога сама вжала педаль газа в пол, заставляя бедную машинку чуть ли не подпрыгнуть и рвануть с места так, что на асфальте наверняка остались чёрные следы от шин. Вот только мне было наплевать.
Я выжимала газ до конца, не замечая, куда еду и зачем. Не обращая внимания на разразившийся противной трелью телефон, валявшийся на пассажирском сиденье. Не слушая испуганных вздохов собственного ребёнка, не видя несущихся мимо машин и знаков. Пролетая на красный свет светофора, и только чудом не попадая в аварию. В груди щемило так, что нечем было дышать, а в голове никак не наступала блаженная апатичная пустота и мысли вились роем, не отпуская, не давая вдохнуть и забыться.
Слёзы душили, боль оглушала. Может быть, я не права. Может быть, я всё себе надумала…
Но я видела, как он на неё смотрел. Я знаю, что означает этот взгляд. И я не хочу, не хочу быть второсортной заменой кому бы то ни было! Просто не хочу….
— Ма! — крик Марьи рубанул по ушам, вырывая меня из водоворота эмоций, чувств и нерадостных мыслей. Резко выдохнув, я крутанула руль, уходя со встречной полосы на обочину до того, как мой малыш матиз встретился бы в лобовом столкновении с грузовиком. И только там заглушила двигатель, положив руки на руль и уткнувшись в него лбом.
После чего всё же позорно разревелась, выплёскивая всё, что накопилось в душе. Горькое разочарование, уязвимость и ненависть. Печаль и страх, получивший своё материальное воплощение. И снова боль, с привкусом безысходности, кажется, ставшей моей вечной спутницей в этой грёбанной жизни.
Успокоиться получилось не сразу. Сначала сошли на нет слёзы, оставив после себя мокрые щёки и головную боль. Затем наступило приятное опустошение, от схлынувших и получивших выход эмоций. А после горькое сожаление о собственной глупой мечте и надежде на счастье. Откинувшись на сиденье, я давила новую череду всхлипов, чувствуя себя тонкой берёзой посреди урагана. Очень хотелось сломаться, окончательно и бесповоротно. Но нельзя, хотя бы ради этих больших карих глаз, отражавшихся в зеркале заднего вида, смотревших на меня с испугом и тревогой
Криво улыбнулась дрожащими губами и нажала на магнитолу, включая случайно выбранный трек. И тонко, беззвучно всхлипнула, когда из динамиков полился знакомый голос солиста группы «Scorpions», певший о том, что мы рождены, что бы летать. Пока есть крылья у нашей мечты, пока мы живём и любим…
Пока нас не предали те, кто рядом. Но всё равно. Мы рождены, что бы летать.
Телефон, так и забытый мною на соседнем сиденье снова завибрировал, привлекая к себе внимание. Высветившееся на нём имя вызвало лёгкий, истеричный смешок. Взяв дрожащими пальцами несчастный аппарат, я сбросила звонок и хотела уже выключить мобильник, как пальцы замерли на половине пути от внезапно пришедшей в голову мысли.
Бредовой, сумасшедшей, но такой притягательной. Я не могу вернуться домой, он знает, где я живу. Я не могу выйти на работу, Костин знает и этот адрес. Но я могу… Могу принять давнее предложение близкого мне человека. Единственного, кто заботится обо мне, просто ради меня самой. По крайне мере, я точно знаю, что для него я друг, которого нужно иногда опекать, но не более того.
И мне от него тоже больше ничего не нужно, кроме поддержки и понимания, да…
— Варька? — встревоженный голос Варяга заставил меня вздрогнуть. Но в душе от этого бескорыстного волнения что-то сломалось и потеплело. Так, что даже дышать стало чуточку легче. — Что-то случилось?
— Валь, твоё приглашение на ролёвку всё ещё в силе? — хрипло кашлянула, прочищая горло, и оглянулась, сжимая тонкие пальцы своего чуда. Маня, молча, сопела, крепко ухватившись за мою руку. И это простое прикосновение давало сил не сорваться вновь, держать себя в руках.
Ради самого родного и любимого человечка на свете.
— Конечно, — озадаченно протянул товарищ, отмахнувшись от кого-то, пытавшегося воззвать если не к совести блондина, то к его чувству долга точно. Бездарное дело, как по мне. Коли Валентин что-то задумал, отговорить его от исполнения невозможно.
Вот и сейчас в трубке раздался чей-то недовольный зычный рёв, оборванный едким комментарием Вальки, сдобренным не менее ехидным женским голосом, ласково и нежно сообщившим мешающей разговору личности где и в каком виде его Хель встретит, коли он не соизволит заткнуться.
— Варь? — Варяг вздохнул и поинтересовался. — Что-то случилось, так ведь?
— Почему? — невольно дёрнула плечом на звук оповещения о сообщении, очередном, пришедшем на телефон. — Я что, не могу хоть раз в жизни разделить с лучшим другом
