Если уж замуж, то только по любви! Так я думала в свои юные двадцать три, а в двадцать семь за плечами был неудачный брак и трёхлетняя дочь на руках возится. И вот уже и замуж не так сильно хочется, да и количество желающих резко сократилось. Кому нужна девушка в комплекте с ребёнком?Но жизнь, штука не предсказуемая, а любовь тем паче. Одна беда, кого, где и как я прогневать успела, дабы получить на свою голову безответно влюблённого байкера? И ладно, если бы он в меня влюбился, так ведь нет!Или всё-таки… Да?
Авторы: Кувайкова Анна Александровна, Созонова Юлия Валерьевна
сам рисунок и принялась острым стилом переносить узор для будущей гравировки. — Слушай, Ёлка, ваши околонаучные теории когда-нибудь доведут вас до греха, чует моя печень.
— Моя уже нифига не чует, моя уверена на сто процентов, — буркнула целительница, не поднимая буйную голову. И снова зевнула широко, пробормотав. — Но должна же была я доказать этому чёртову поборнику кладбищ и погостов, что его теоретические выкладки о переносе души в тело посредством тёмного ритуала из книги по высшей некромантии не верны и требуют…
— Ёлка-а-а, — хохотнула, лукаво глядя на сонную, недовольно ворчавшую себе под нос Ленку.
— Да ладно тебе, Варь, — хмыкнув, девушка приподняла голову и сощурилась. Потёрла заспанные глаза и, в который уже раз, чуть не вывихнув челюсть во время зевка. Ей богу, скоро уже и я приму участие в ставках на то, когда сей знаменательный миг уже случится. — Ещё неделя в нашем обществе и ты сама погонишь кузнеца доказывать все его теоретические выкладки на тему влияния процентного соотношения металла в артефакте на его магические свойства!
— Я это даже выговорить не смогу, язык узлом завяжется, — честно признала, убирая бумагу и кальку, отложив стило в сторону. И разглядывая то, что получилось. Узор немного повело, что было неизбежно, учитывая, неровную поверхность детали, но это можно будет исправить при нанесении самой гравировки, да.
— Как завяжется, так и развяжется, — отмахнулась Ёлка и сладко потянулась, что бы снова устроится на столе, закрыв глаза и довольно вздыхая. И когда я уже подумала, что наш целитель всё-таки умудрилась снова заснуть, она совсем не сонным голосом поинтересовалась. — Со своим-то рыцарям мотора и дороги поговорила или всё ещё телефон в режиме доорись до ближайшей вышки?
Я от неожиданности чуть стилом себе палец не пропорола, ладно успела вовремя руку отдёрнуть. И хмуро глянула на продолжавшую мирно дремать целительницу. На Ёлку мои укоризненные взгляды не произвели никакого впечатления, она только поёрзала, устраиваясь поудобнее и продолжила кемарить, наслаждаясь последними минутами тишины в доме.
Так уж повелось, подъём в восемь, а собираются все на завтрак в десять. В доме проживало пять женщин, не считая нас с Марьей. Ёлка — целитель, невысокая, с хитрым, лисьим выражением лица и ярко-зелёными волосами, отдающими синевой. Иринка — недобитая эльфийка странных кровей, тихая, романтичная, вся такая воздушная и слегка не от мира сего. Марго — ведьма чёрная с котом породы сфинкс и дурацкой привычкой курить трубку. Степанида — ведьма белая, светлая, с отдающим кладбищенским душком юмором и псом породы маламут. Ну и, собственно, Хельга, она же Ольга, она же леди Вал, суровая воительница и княжна севера. У каждой была своя история попадания в компанию ролевиков, свои тайны, свои тараканы и своя жизнь, о которой не больно-то кто любит распространяться.
Наверное, подсознательно понимая это, я смогла всё рассказать лишь леди Вал да Ёлке, отпаивавшей меня успокоительными настоями. В них чувствовалось что-то близкое, что-то родное и своё. Вот только теперь они по очереди подкалывали меня порою и ненавязчиво напоминали, что надо бы позвонить да поговорить. И я бы с радостью, но…
— Трусишка зайка серенький… — пропела Ёлка себе под нос, даже голову не поднимая.
— Иди ты… К любителю мертвяков своему, — вздохнула, отложив в сторону инструменты и встала, подхватив лежавшую рядом на скамейке шаль. И накинув её на плечи, вышла на веранду, укутавшись в платок, обхватив себя руками за плечи.
Здесь было прохладно, даже зябко. Чувствовалось приближение осени, ещё почти незаметное, но уже ощутимое. Прохладный ветер скользил по босым ступням, заставляя поёжиться. Пахло свежескошенной травой, где-то за домом кто-то рубил дрова, за забором гомонили соседи, то ругаясь, то обмениваясь колкими шуточками. Самобытность этого места, обособленность его и удалённость от города, создавали иллюзию другого мира. Мира, где нет проблем, нет никаких забот и всё, что с тобой случилось, остаётся за границей этого нового, сказочного мира.
Одна беда, проблемы-то от этого никуда не деваются. Как бы тебе этого не хотелось, на самом-то деле.
Вздохнула, прислонившись к перилам и прикрыв глаза, подставляя лицо косым солнечным лучам. Приехав сюда я сутки пребывала в состоянии прострации, то начиная смеяться, то плакать, то болтая без умолку, то закрываясь. Девушки на это смотрели-смотрели, а потом плюнули на все возражения, как мои, так и Варяга и утащили меня на шабаш. Варили «зелья», кликали водяных и кикимор, гоняли заблудшую в кустах русалку из тех, что за айфон душу продадут, сигали через костёр…
И кружась с ними в этом водовороте странных
