Если уж замуж, то только по любви! Так я думала в свои юные двадцать три, а в двадцать семь за плечами был неудачный брак и трёхлетняя дочь на руках возится. И вот уже и замуж не так сильно хочется, да и количество желающих резко сократилось. Кому нужна девушка в комплекте с ребёнком?Но жизнь, штука не предсказуемая, а любовь тем паче. Одна беда, кого, где и как я прогневать успела, дабы получить на свою голову безответно влюблённого байкера? И ладно, если бы он в меня влюбился, так ведь нет!Или всё-таки… Да?
Авторы: Кувайкова Анна Александровна, Созонова Юлия Валерьевна
А я в ответ показала ему язык, поглаживая всё ещё вздрагивающего от испуга кота. Беднягу с трудом удалось вытащить со шкафа, куда тот забился в отчаянной попытке спастись от очередного сеанса лечения.
— Пафиент сколе жыв чем мёлтв, — наконец, выдал заключение доктор Ай-Болит и с важным видом покивала головой. — Нуфна ленимация!
На этой фразе я всё-таки подавилась кофе, старательно пытаясь замаскировать смех кашлем. И ни капли, не смущаясь под укоризненными взглядами мужчины, уже успевшего получить пластиковую пилюлю, покорно позволить маленькому врачу помазать лоб ваткой, смоченной пустым флаконом из-под зелёнки…
Так. Зелёнка?!
— Я сейчас, — отставив чашку с кофе в сторону, я поспешила скрыться из комнаты, старательно игнорируя подозрительный прищур изрядно позеленевшего финансиста. И только оказавшись в ванной и обнаружив следы маленького, но всё-таки преступления, я сползла по стенке от хохота.
Ну Маня, ну даёт!
Вытирая выступившие на глаза слёзы, я в который раз подумала о том, как точно звучит утверждение «Маленькие детки — маленькие бедки!». Моё обожаемое чудо, пока я командовала нашим гостем, решила пополнить запас лекарственных средств в своём маленьком чемоданчике. И не придумала ничего лучше, чем раздобыть из позабытой на стиральной машинке аптечки полный пузырёк зелёнки, вылить его содержимое в ванну и теперь с удовольствием рисовать зелёные разводы на покорно подставленном лице байкера! Я даже не знаю теперь, как настоятельно посоветовать ему умыться…
А самое главное — чем?
Словно в ответ на мои мысли, из комнаты раздался голос байкера, нежно и ласково окликнувший мою скромную персону:
— Варвара… А не будете ли вы так любезны посетить наш скромный врачебный кабинет?
С трудом, стараясь громко не ржать, я поднялась на руки и принялась рыться в шкафчике, в поисках того, что ототрёт злосчастную зелёнку. И пару минут спустя, всё же отозвалась:
— А заче-е-ем?
— А у пациента есть пара вопросов к заведующему отделением и начальнику реанимационной бригады в одном вашем милом, симпатичном лице! — и ведь не поскупился чёрт на комплименты, под аккомпанемент довольного хихиканье моей дочери.
— А пациент не может решить все свои вопросы со своим лечащим врачом? — пыхтя, я залезла в шкафчик под раковиной. И пропустила тот эпический момент, когда в ванну заглянул сам травмированный бякер.
И брякнул, не подумав:
— Какие интересные виды открываются в вашей больницы… Это для всех или исключительно для меня?
Нет, шаркающее шаги и весёлый смех Мани я прекрасно расслышала даже занятая своими археологическими раскопками. Но прозвучавшие слова с непонятным контекстом и ещё более непонятными интонациями оказались полной неожиданностью. И кто бы сомневался, что от неё я попытаюсь резко разогнуться, закономерно приложившись затылком об раковину так, что искры из глаз полетели.
Так что к радостно улыбающемуся во все тридцать два зуба Кощею я повернулась не задом, а передом спустя пару минут. Очень недовольным, злым и обиженным передом. И скрестив руки на груди, сощурилась, выдав:
— А вас, Кикимор Болотный никто насильно в гости не тащил. Так что извольте не жаловаться, а умыться и прибыть на кухню для обсуждения дальнейшего лечения вашей ноги… И головы.
После чего гордо удалилась из ванной, прихватив хихикающую дочь и пытаясь всё-таки громко не ржать. Особенно, когда недоумённо моргнувший Кощей, удосужился разглядеть собственное отражение. И выдать обижено, но вполне цензурно:
— Ну ёкарный баобаб…
— Ма, дядя ой? — задумчиво протянула Маня, устраиваясь на стуле за кухонным столом.
— Ну что вы, Ваше Царское величество? — потрепав её по голове, чмокнула дочь в лоб и принялась хлопотать по кухне.
Налила мелкой суп, пододвинула поближе, постелила на колени полотенце и сунула в руку хлеб. А то знаю её, либо суп либо хлеб, вместе никак! Убедившись, что любимое чадо послушно ест, занялась варкой кофе в двойном объёме, на всякий случай. И пока закипала вода в турке, добавила, тихо хмыкнув:
— Дядя просто оценил всю прелесть нашего домашнего лечения. Один вопрос, Манюнь. Ты зачем зелёнку взяла, чудо моё в перьях?
— Мой пузылёк потелялся… — вздохнув, созналась Марья, болтая ногами в воздухе. И зачерпнув ложкой суп, пробормотала, искренне недоумевая, чего это глупые взрослые так суетятся из-за какого-то пузырька. — А дядю бякела лечить надо… Голова бо, нога бо… Надо лечить! Я плава, мам?
И невинными глазами хлоп-хлоп, попутно прихлёбывая суп из тарелки. Попутно приметив и вазочку с конфетами, и заранее нарезанные фрукты. Я только тихо фыркнула, разливая кофе по
