Если уж замуж, то только по любви! Так я думала в свои юные двадцать три, а в двадцать семь за плечами был неудачный брак и трёхлетняя дочь на руках возится. И вот уже и замуж не так сильно хочется, да и количество желающих резко сократилось. Кому нужна девушка в комплекте с ребёнком?Но жизнь, штука не предсказуемая, а любовь тем паче. Одна беда, кого, где и как я прогневать успела, дабы получить на свою голову безответно влюблённого байкера? И ладно, если бы он в меня влюбился, так ведь нет!Или всё-таки… Да?
Авторы: Кувайкова Анна Александровна, Созонова Юлия Валерьевна
поехал по линолеуму весь коридор и кухню…
Где и сбрякал благополучно по собственным мискам. Но не сдался и воинственно мяукая бросился за уходящей из-под носа добычей. Я только флегматично проследила за происходящим и, всё же, развернула подарок для Ыжего и конопатого.
На простом листе белой бумаги стандартного офисного формата было изображено…
Склонив голову набок, я пыталась понять, что ж тут изображено. Угадывались очертания дома, отдалённо напоминающего наш магазин. Очень отдалённо и опознать можно было только по чему-то похожему на ноты, на очень кособокой табличке. В углу рисунка старательно нарисовали солнышко и кривоватые сердечки, почему-то синего цвета. Или это облака?
Тихо фыркнув, я принялась разглядывать творчество дочери рядом. Судя по всему вот это длинноволосое существо, нарисованное по принципу «палка-палка огуречик, вот и вышел человечек» — это я. И я держу за руку самого автора рисунка, с воздушным шариком в руках. Чуть в стороне кто-то очень большой и очень… Оранжевый. На большой апельсин похожий. Волосатый такой большой апельсин…
Ставлю свою месячную зарплату, что это и есть тот самый Ыжий и Конопатый. И даже сказать ничего не могу, связного, окромя сдавленного хохотом «Похож». Выглянувшая из зала Маня только обиженно губы надула, глядя на хихикающую меня.
Я же, кое-как успокоившись, снова вернулась к рисунку, заметив чуть в стороне ещё одного «человечка». Почему-то в чёрном и с ромашкой в руке.
— Ваше царское величество, а не будете ли вы так любезны подойти? — задумчиво позвала дочь, пытаясь понять, кого это она так старательно изобразила. Да ещё и с цветком.
Вариантов было много, за прошедшую неделю я повидала байкеров всех мастей и видов, с такими тараканами, что моя собственная сборная команда насекомых нервно курит в сторонке. Каждый обладал неповторимой харизмой, запоминающимся внешним видом и оттачивал собственный сарказм и ехидство на несчастной Леночке. Впрочем, последнюю было не очень-то и жалко.
Я бы даже добавила, что так ей и надо. Больше времени будет уделять работе, а не собственному внешнему виду, который ни один из байкеров так и не оценил. Про новый контингент покупателей я вообще молчу, те на нашу вишнёвую девочку смотрели как на экспонат кунсткамеры. Только что не интересовались, как она оттуда слинять сумела.
— Маню-ю-юнь? — позвала снова, так и не дождавшись ответа от дочери. И, озадаченно почесав бровь, отложила рисунок. Повисшая в квартире тишина ничего хорошего не предвещала. Так что, пожелав себе удачи, я отправилась выяснять, чем же таким особо важным занято моё любимое чадо, что даже на зов не откликается.
Как гласит древняя народная мудрость, чем тише ведёт себя ребёнок, тем страшнее заходить в комнату. Практика материнства только подтверждает данное умозаключение. Поэтому, прежде, чем войти в зал, я сделала пару глубоких вдохов. И всё равно оказалась не готова к представшему передо мною зрелищу.
— Ну Марья-а-а… — увидев, что творится в комнате, я где стояла, там и сползла медленно на пол, не зная, то ли мне плакать, то ли смеяться, то ли всё-таки пригрозить кое-кому неугомонному старым армейским ремнём.
На журнальном столике были раскиданы атрибуты борьбы каждой женщины на красоту. В смысле тушь, тени, румяна, тональный крем, помада. И многое другое, что может пригодиться при наведение марафета, оставшееся у меня с времён замужества и студенческих вечеринок. Кое-что я купила не так давно, кое-что явно требовало проверки по срокам годности, а кое-что явно грозило перейти в раздел антиквариата. Потому как я понятия не имею, когда я себе могла купить мягкие тени для век и зачем они мне понадобились, если последние пару лет я довольствуюсь исключительно лосьоном, тушью и блеском для губ.
И то, не всегда и не каждый день. Впрочем, раскиданная и открытая косметика это ещё цветочки. Ягодкой сегодня была грандиозной красоты мадам, замершая перед настольным зеркалом, явно притащенным из моей спальни, совмещённой по случаю с мастерской.
Щеголяло это чудное видение в моих туфлях на каблуках, великоватых ей раза в три, если не больше. В тунике яркого красного цвета, смотревшейся на маленьком теле как цельное бальное платье. Перьевое боа заменила разноцветная ёлочная мишура, оставшаяся с Нового Года, кокетливо перекинутая через плечо. А на темноволосую макушку натянули соломенную широкополую шляпку, с огромными подсолнухами в качестве украшения.
Дополняли образ круглые солнцезащитные очки, как у Кота Базилио и увешанные самыми разными браслетами (за которые и резинки для волос сошли местами) запястья. А уж о том, как сиё чудное видение, с трудом опознанное, как моя обожаемая
