Если уж замуж, то только по любви! Так я думала в свои юные двадцать три, а в двадцать семь за плечами был неудачный брак и трёхлетняя дочь на руках возится. И вот уже и замуж не так сильно хочется, да и количество желающих резко сократилось. Кому нужна девушка в комплекте с ребёнком?Но жизнь, штука не предсказуемая, а любовь тем паче. Одна беда, кого, где и как я прогневать успела, дабы получить на свою голову безответно влюблённого байкера? И ладно, если бы он в меня влюбился, так ведь нет!Или всё-таки… Да?
Авторы: Кувайкова Анна Александровна, Созонова Юлия Валерьевна
Лектор, поворачиваясь к собеседнице. И…
— О, мне действительно пора, — хлопнув себя по лбу, я поспешила следом за дочерью, успев всё-таки сделать ещё одну фотографию и подумав о том, что работники того киоска печати заработают нервный тик от моих запросов.
Но мне их было даже не жаль… Эти снимки точно стоят того!
— Манюня, а ну стоять-бояться, ваше Царское величество! — громко позвала я, набирая скорость и догоняя своё обожаемое чадо. После чего мы уже вдвоём отправились к пункту проката. Прогулка это хорошо, но и дома дела сами не сделаются!
Выбираясь из своего кабинета в два часа пополудни, в понедельник, Кощей мечтал только об одном. О чашке крепкого, чёрного кофе с коньяком и блаженной тишине. И добравшись до бара на первом этаже финансист «Максимуса» уже предвкушал пять минут личного, только его собственного удовольствия. Вот только усевшись на стул и порцию напитка богов, Костин только руку поднять успел, намереваясь попросить добавку в виде коньяка у вездесущего Алика. А сверху, как глас божий, раздался очень знакомый и очень прохладный голос неизменного ледяного администратора:
— Роман, я буду очень признательна, если напиваться начнёте после окончания рабочего дня… А у нас ещё даже не все договора просмотрены, наш великий и ужасный казначей!
— Эльза, — убито протянул Кощей, уронив голову на руки и всё-таки поманив Алика пальцем. Бармен скептично выгнул бровь и мило улыбнулся, продолжая протирать бокалы. — Предатель…
— Извините, Роман Евгеньевич, я вас, конечно, уважаю… — бодро отрапортовал парень, выставляя на стойку большую чашку, наполненную ароматным, травяным чаем, который в клубе заваривали специально для Эльзы. — Но лишиться работы, премии и расположения нашего маленького начальства тоже не хочу, — и тут же переключился на подошедшую блондинку, мягко улыбнувшейся ему в ответ. — Эльза, может, что-нибудь к чаю?
— Нет, спасибо, — усмехнувшись, Снежная Королева всея клуба искоса глянула на поникшего казначея и вздохнула, грея тонкие пальцы о края кружки. — Алик, дай ему допинг. Если он уснёт в моём кабинете и на моём же столе, спускаться вниз он будет на плече Олега Геннадьевича. А мы же не хотим такого позора, так ведь?
— Ну спасибо… — обиженно протянул Кощей, невольно улыбаясь в ответ на такую колкую реплику подруги. И придирчиво следя за тем, сколько граммов коньяка дополняют его утренний кофе. — И как тебе Олег терпит только…
— Поверь, — Эльза тонко улыбнулась, довольно сощурившись. — У него есть с чем сравнивать. И я — это далеко не самый худший вариант, как оказалось, да… И потом, лучше ехидная и колкая я… Чем не выспавшийся, злой и голодный патологоанатом.
— А? — отвлёкшись от своего живительного коктейля, Ромыч пару минут пытался просверлить любопытным взглядом Эльзу, молча пившую свой чай с таинственной и многообещающей улыбкой на лице. Но поняв всю бесперспективность этого занятия, только рукой махнул, делая первый глоток.
Заставить Эльзу сказать что-то, если она этого не хочет было фактически невозможно. Верещагин как-то признался, что его порой спасает только знакомство с роднёй собственной девушки. И то, далеко не всегда!
Мирные и тихие посиделки, нарушаемые лишь звуком смс-оповещений на телефоне блондинки, которые та стойко игнорировала, оказались прерванным самым неожиданным образом. Во всяком случае, Кощей, успевший придумать целый план по добыче ещё одной порции кофе с коньяком и увеличения дозы алкоголя в нём, такой подлянки от судьбы точно не ждал. И подпрыгнул на стуле, едва не уронив полупустую чашку на пол, когда по первому этажу раздался зычный вопль:
— Кощей, мать твою бухгалтерскую да на переплавку! Ты либо уже присваивай себе своих женщин, либо их кто-нибудь заберёт раньше тебя!
— Чё?!
— Перефразирую, — флегматично откликнулась Эльза, поставив чашку на стойку и тихо хмыкнув. — Что вы имели в виду, глубокоуважаемый преподаватель юриспруденции, и что послужило причиной таких грандиозных децибел, грозящих причинением лёгкого вреда здоровью ваших товарищей?
Повисшая тишина позволила девушке получить новую порцию любимого напитка, оценить замерших на месте Лектора и Кощея, чему-то усмехнуться и направиться в сторону собственного кабинета, пробормотав себе под нос:
— Мужчины…
— Кофе с коньяком? — вежливо осведомился Алик, стараясь не смеяться, когда Лектор уселся рядом с Костиным, провожая девушку озадаченным взглядом.
— А можно коньяк с кофе? — с надеждой уточнил финансист, хмуро кося взглядом на слишком уж довольное лицо Ярмолина.
Вместо Алика
