Варвара-краса, или Сказочные приключения Кощея

у него на тебя есть? — наконец, нарушил наше обоюдное молчание Ромыч, отодвинувшись и осторожно коснувшись губами моего лба. — И что он вообще за человек такой, твой бывший муж?
— Пойдём, — поёжившись, я высвободилась из его объятий и потянула за собой в комнату. Байкер не отходил от меня ни на шаг, следуя чуть ли не по пятам. И когда я попыталась сесть в другое свободное кресло, только хмыкнул, ухватив меня за запястье и притянув к себе на колени. А я…
А я и сопротивляться не стала, в кои-то веки решив для себя побыть немного слабой девушкой. И прижавшись к нему, прислонившись лбом его виску, закрыла глаза, заговорив:
— Я так понимаю, объяснять, в чём дело не нужно? Андрей был молодым, подающим офицером войск внутренних сил. Мы познакомились в институте. Я была на пятом курсе, он получал консультацию у моего преподавателя по праву. В двадцать три года я уже не была такой наивной, но и мужское внимание меня интересовало поскольку постольку. Наверное, именно поэтому когда на меня обратил внимание высокий, харизматичный, притягательный мужчина в форме я сама не заметила, когда ненавязчивое общение и словесные пикировки переросли в нечто большее. Он… — тут я замолчала, пытаясь подобрать слова. — Умел. Умел, когда ему это было надо. Умел быть обходительным, душой компании, шутить и мягко, по-дружески подстебывать. Умел выбирать подарки и не банальные места для свиданий. И чем больше мы общались, тем больше я влюблялась. Познакомила его с родителями… Мать он тоже очаровал, а вот отец, тогда служивший в воинской части заместителем по воспитательной работе, мой выбор принял, да. Но не одобрил. Впрочем… — тут я усмехнулась, потёршись носом о висок Ромки. — Ему было важно, что бы я была счастлива. Как он тогда сказал, не мне с ним жить. Свадьбу сыграли, когда я закончила институт и получила диплом. И только спустя пару месяцев, может быть полгода спустя я поняла, что любовь на самом деле слепа. Когда меня ударили в первый раз, он потом долго извинялся, каялся. Я верила и прощала, да… Дура была. А может и осталось такой. Потому что терпела, молчала, скрывала. Когда… Когда я всё-таки сбежала от него с мелкой на руках, отец поднял все свои связи, сделал всё, что мог, что бы нас развели без проблем. Грозил ему уголовным делом. Андрей не то, что бы испугался… Но превыше собственного авторитета он ценил только собственный образ в глазах общества. Вот такой вот нарцисс-садист в одном флаконе. Получив на руки свидетельство о разводе и решение суда о том, что ребёнок остаётся со мной, я просто и банально уехала. И никто бы ни о чём не узнал, да… Только вот город у нас маленький, так что…
— Все всё узнали, — Ромыч обнял меня крепче, второй рукой поднеся к лицу мою руку и коснувшись внутренней стороны запястья невесомым поцелуем.
— Больше того. Это как глухой телефон, — горько усмехнулась, бездумно, неосознанно переплетая наши пальцы. — Всё вывернули так, что по итогу от блестящей репутации остались одни ошмётки. Я вчера звонила отцу. Он и рассказал, как именно о нём говорят. И Андрей, этот чистоплюй, который терпеть не может когда на него косо смотрят… Он сделает всё, что бы забрать у меня дочь и закопать меня по уши в грязи. И самое страшное, у него это получится.
— С какого хера?
— Я обзвонила все юридические конторы, которые только смогла найти. Я либо не потяну стоимость их услуг, либо они просто отказываются браться за дело, заранее считая его проигранным. Не спрашивай почему, я понять так и не смогла, — пожала плечами, сползая ниже и снова пряча лицо на шее мужчины. — Но в душе с ними согласна. Вся проблема в том, что меня здесь действительно никто не знает, у меня нет большого количества друзей, я мать-одиночка у которой порою ненормированный рабочий график и ребёнка ей оставить не с кем, кроме как взять с собой на работу. Да ты и сам вдел, я местами напоминаю далеко не свежего зомби, поднятого горе-некромантом, да ещё и практикантом. Я могу сорваться на ребёнке, а если ко мне нагрянут органы опеки с проверкой условий проживания… Ром, я прекрасно понимаю, что если им будет дано задание найти… Они найдут. Они найдут опасные инструменты, которые я использую для работы с заказами, гору немытой посуды и пустой холодильник, который мне не всегда удаётся вовремя пополнить. Они спросят соседей, а те не смогут ничего внятного сказать, кроме того, что у меня вдруг внезапно объявилось слишком много мужчин. А если они ещё и до истории с няньками-байкерами докопаются… Облить грязью можно кого угодно. Если знать, как и куда обращаться, что писать и что говорить. И поверь… Андрей знает, умеет и практикует.
Слова звучали горько и сухо. За эти дни я успела все обдумать и осознать для себя, что это действительно реальные перспективы, которые меня ждут, если я всё