Рейджу повезло больше, чем всему остальному человечеству (вампиршеству) вместе взятому — он красив как голливудская звезда, силен как зверь, умен и сообразителен, но при этом поразительно простодушен и искренен. Но однажды, примерно сто лет назад, Рейдж сильно разгневал вампирское божество, за что и был проклят.
Авторы: Дж. Р. Уорд
домой в одиночестве. Как и вчера. Как и завтра. Траханье — это не развлечение для меня, и это убивает меня многие годы, так что, пожалуйста, оставь это и дай мне немного передохнуть, хорошо?
Повисла тишина.
— Господи… Прости. Я не знал, я даже не представлял себе…
— Да, ну… — Ему было необходимо закончить этот разговор. Прямо сейчас. — Послушай, я должен идти. Должен… идти. До скорого.
— Нет, подожди, Рейдж…
Рейдж захлопнул телефон и съехал на обочину. Оглядевшись, он понял, что заехал черт знает куда, компанию ему составляли лишь густой лес. Он уткнулся головой в руль.
Перед глазами всплыла Мэри. И он понял, что забыл стереть ее воспоминания.
Забыл? Да, конечно. Он не сделал этого, потому что хотел встретиться с ней еще раз. И он хотел, чтобы она помнила его.
О, черт. Это была паршивая идея. С какой стороны ни глянь.
Мэри плюхнулась в кровать и оттолкнула ногами одеяло и плед. Почти засыпая, она высунула ноги наружу, чтобы было не так жарко.
Черт возьми, она поставила термостат на слишком высокую…
Ужасное подозрение мгновенно лишило ее остатков сна, мозг проснулся, охваченный страхом.
Слабая лихорадка. У нее слабая лихорадка.
О, проклятье. Она слишком хорошо знала эти симптомы: румянец, сухой жар, боль в суставах. На часах было 4:18 утра. Обычно во время болезни именно в это время ее температура начинала подниматься.
Потянувшись наверх, она открыла окно над кроватью. Холодный воздух пронизывал до костей, охлаждая, успокаивая. Вскоре тело заблестело от пота, и лихорадка отступила.
А может быть, она просто свалилась с простудой. Ведь даже люди с ее медицинской историей могут болеть обычными болезнями. На самом деле.
Чтобы это ни было, новый вирус или рецидив, о спокойном сне речь уже не шла. Она натянула свитер поверх майки и трусов и спустилась вниз. По дороге она включала свет всюду, где это было возможно, чтобы в доме не оставалось ни одного темного угла.
Пункт назначения: кофеварка. Конечно, было куда лучше отвечать на электронные письма в офисе и готовиться ко Дню Колумба, чем валяться в постели и считать дни до приема у врача.
Который состоится через пять с половиной часов, кстати.
Боже, как она ненавидела ожидание.
Она наполнила кофеварку водой и пошла за банкой кофе. Она оказалась почти пустой, так что ей пришлось воспользоваться запасной. Потом она взяла открывалку и…
Она была не одна.
Мэри подалась вперед, чтобы посмотреть в окно над раковиной. Снаружи не было света, и она ничего не могла разглядеть. Мэри подошла к выключателю около двери и со щелчком нажала на него.
— Боже милостивый!
По другую сторону стекла была огромная черная тень.
Мэри уже начала пробираться к телефону, когда заметила блеск светлых волос.
Приветствуя ее, он поднял руку.
— Привет. — Его голос звучал чуть приглушенно через стекло.
Мэри обхватила живот руками.
— Что ты здесь делаешь?
Он пожал широкими плечами.
— Хотел тебя увидеть.
— Почему? И почему сейчас?
Он еще раз пожал плечами.
— Показалось, что это хорошая идея.
— Ты ненормальный?
— Да.
Она почти улыбнулась. А потом напомнила себе, что у нее нет соседей, а он был размером с ее дом.
— Как ты нашел меня?
Возможно, Бэлла сказала ему, где она живет.
— Можно мне войти? Или ты выйди, если так ты себя будешь чувствовать комфортнее?
— Хел, сейчас 4:30 утра.
— Я знаю. Но ты не спишь, и я не сплю.
Боже, он был таким огромным во всей этой черной коже. Лицо оставалось в тени, делая его скорее угрожающим, нежели красивым.
Она что, действительно, рассматривает возможность впустить его? Очевидно, она тоже ненормальная.
— Послушай, Хел, я не думаю, что это хорошая идея.
Хел уставилась на нее сквозь стекло.
— Может быть, мы тогда просто вот так поговорим?
Ошарашенная, Мэри взглянула на него. Парень околачивался поблизости, почти забрался к ней в дом как преступник, и просто хотел поболтать с ней?
— Хел, без обид, но в радиусе нескольких сотен километров найдется огромное множество женщин, которые не просто впустят тебя к себе в дом, но и в свою постель. Почему бы тебе не пойти к одной из них и не оставить меня в покое?
— Они не ты.
Темнота, лежащая на его лице, мешала разглядеть его глаза. Но голос казался таким чертовски искренним.
Повисла тишина, и она пыталась убедить себя в том, что ни в коем случае нельзя пускать его в дом.
— Мэри, если бы я хотел причинить
