Корея 1949-го года, скорая война, и есть лишь одно решение на какой стороне тут выступить… У ветерана Великой Отечественной войны Фёдора Палкина нет сомнений на какой стороне выступить… А претензий к одной звёзднополосатой нации у него было изрядное. И Фёдор, заполучив новое тело, не сомневался делая выбор. Потом снова, и снова?
Авторы: Поселягин Владимир Геннадьевич
Нам бы свалить, своё дело сделали, догнать судно обеспечения, но жадность взыграла, конвой не бросили, стороной обогнали его в надводном положении и уже при свете дня торпедировали ещё три судна и один эсминец. А авианосец полностью выгорел и тонул. В этот раз нам уйти не дали…
Снова я качусь кубарем с откоса и выдали стихает мощный движок американского грузовика. Ночью, напившись воды, я раздумывал над всеми событиями. Почему-то всё так происходит, что раз, и конец близко? Опыта я набираюсь каждый раз немало, но всё равно он мне слабо помогал. Да, всё верно, все пробные жизни только подтвердили, корень зла нужно искать в Америке, но всё равно сразу я туда не отправлюсь.
В общем, я снова пошёл по проторённому пути. Золото на китайском побережье зарыл, но вот что важно, денежный станок отправил в Шанхай. Нашёл китайскую триаду и просто продал всё за сто тысяч английских фунтов стерлингов. Станок по печатанью денег на деньги меняю, смешно. Условие я поставил одно, выпустить как можно больше фальшивых долларов, чтобы обрушить финансовую систему США. Не скажу, что меня послушали, но к сведенью приняли. А вообще странно что не ограбили, а расплатились и забрали станок, всё по-честному. Дальше, платя золотом, купил подлодку, восстановил её, команда та же, два года подготовки и очередной бой с флотской группировкой ООН. В этот раз сработали даже лучше, чем в прошлые случаи. Тормознули оба авианосца по одной торпеде в корму, чтобы не сбежали, утопили обе американские субмарины, и нырнули для перезарядки, дальше добили авианосцы, пустив их ко дну, крейсер, и два британских эсминца. А уходя и два тральщика. В этот раз нас так потрепало, когда всплыли через девятнадцать часов, море чистое было, инженер сказал, всё, лодка больше под воду уйти не сможет. Только камнем. С трудом доползли до Аичи, там моряки сошли, я расплатился за работу, а лодку утопил, та на километровой глубине на дно опустилась.
И в этот раз я отправился в Китай, выправил документы и отправился на войну. Помня, как и где сбили мой «Миг», я провоевал до того момента, воевал лучше, зная историю этой войны, и неся противнику больше потерь. И тот бой я пережил, хотя вернулся на аэродром один из звена, сбив три американских реактивных истребителя. Их против нашей четвёрки двенадцать было. Общий мой счёт дошёл сорока двух сбитых, а ведь я ещё и бомбардировщиком был. Однако война закончилась, в октябре пятьдесят третьего, тут она чуть дольше шла, и северянам досталось больше земель чем я помнил, однако после перемирия, остались Северная и Южная Корея. После войны я оказался за бортом, никому не нужным. В Китай возвращаться не стал, а отправился на Тайвань где получил документы и купил джонку. Доплыл до спрятанного золота, два ящика осталось, два других ушли на подготовку атаки флотской группировки из-под воды. Ну стал просто жить, да вредить американцам по мелочи, шесть гражданских грузовых судов на дно пустил, но это так, детские игры. Я поучаствовал в ещё трёх локальных конфликтах, находясь на той стороне что против американцев. Или точнее против тех, за кого они выступали. Да, я ещё прожил в США шесть лет, в разных штатах, изучая их. Убил из винтовки пять сенатора, двенадцать банкиров известных фамилий, и вице-президента. Умер я в возрасте девяносто одного года в Аргентине, на своей вилле в окрестностях Буэнос-Айрес. Женат был на кореяночке, очень красивая девушка. Это была та самая Вон, с которой в одной из жизней пережил бомбардировку Пхеньяна. У нас было двое детей. Умерла она в возрасте шестидесяти трёх лет, а я год по вдовствовал и женился на аргентинке сорока двух лет, хотя мне было пятьдесят восемь. И тут дети были, сын и дочь, тоже наследники. Общих внуков у меня было двенадцать. А правнуков восемнадцать. Вот праправнучка всего одна, ещё два ребёнка на подходе, но не дожил.
Одно я могу сказать, идея отдать печатный денежный станок китайской мафии дал плоды. Они-таки обрушили финансовую систему США, денег было столько что их в Китае чуть ли не как туалетную бумагу использовали. Их целыми судами развозили в другие государства, и постепенно доллары обесценились. Сейчас основная валюта — это английские фунты и неожиданно японские иены. Сейчас конечно американцы оправились, но последние тридцать лет им было очень тяжело, экономика на волоске висела. Не удивительно что те участвовали всего в трёх войнах, гораздо меньше чем в моей памяти. Вьетнама тут не было, Лаос, Панама и Ирак. Всё.
***
Снова катясь под откос, я замер на ярко зелёной траве и зажимая рану, под удаляющийся рёв двигателя, размышлял. Мне было плохо, телу досталось, голова кружилась, да ещё кровь на голове, однако способности трезво мыслить я не потерял. Я был уверен, что в этот раз всё, прожита жизнь не зря,
