Корея 1949-го года, скорая война, и есть лишь одно решение на какой стороне тут выступить… У ветерана Великой Отечественной войны Фёдора Палкина нет сомнений на какой стороне выступить… А претензий к одной звёзднополосатой нации у него было изрядное. И Фёдор, заполучив новое тело, не сомневался делая выбор. Потом снова, и снова?
Авторы: Поселягин Владимир Геннадьевич
тот мне миллион выдал в качестве аванса. Полмешка пачек. Мы всё обговорили, где и когда встреча. Я по определённому радиоканалу сообщу что дело сделано. Там передача субмарины будет проходить в открытом море, а меня потом доставят на берег. Интересно, как северяне это провернут? На этом мы с Главой расстались, я отдыхать пошёл. На следующий день ещё пообщались, и потом я покинул деревню. Деньги в тайник убрал, в тот же, проверялся, не выследили, хотя попытку я засёк, были алчные люди. Дальше я так и бежал до самого Сайгона. Путь занял неделю. Километров восемьсот я сократил, проехав их в пустом кузове южновьетнамского грузовика. Однако был разочарован. В бухте подлодок не было. Мне удалось захватить офицера с американского эсминца, что стоял в порту, и допросить. Тот вообще по этой теме не вкусе. Прирезал и задумался. Проблема, мне нужна подлодка, и желательно американская. Я два дня жил в Сайгоне, трижды брав языков из офицеров, в последний раз был полковник, что командовал морскими силами Южного Вьетнама. Если проще, он был морским комендантом порта. Сил морских у Южного Вьетнама не было, кроме пары катеров. Именно от него и получил информацию, а тот вчера в шифровке.
Значит информация такова. Завтра выходит из бухты грузовое судно, которое доставит на борт американской субмарины припасы, свежую воду и топливо. Ну и прессу. Субмарина имела номер «SS-565», тип «Тэнг». Понятия не имею что это за тип, но на борту команда из восьми офицеров и семидесяти пяти матросов. Что-то многовато. Однако информация есть, где судно на загрузке стоит знаю, так на борт и проник. Дальше был выход, я прятался в трюме и почти двенадцать часов куда-то шли, пока я не понял по усилившейся качке что всё, дошли, стоим, да и касания с другим судном, возможно субмариной, ощущались. Маты не справлялись. Ничего, я в сторонке выбрался из люка, и осмотрелся. Ха, ночью погрузка идёт. Вот только команда субмарины сама всё спускает на подлодку вниз, им лишь подают с помощью поддона и грузовой стрелы, то есть, не пускают грузчиков из команды судна к себе. Правильно делают. Я постарался глянуть что на лодке происходит, и обнаружил трёх сигнальщиков-наблюдателей с биноклями, что контролировали небо и горизонт и четырёх офицеров на верхней рубке. Один с капитаном судна общался, на котором я находился. И ещё два десятка моряков занимались разгрузочными работами. Один из наблюдателей меня засёк, посмотрел, так что я отступил в тень и пробежал на другой борт. Найдя свободную бухту, кинув конец за борт, по ней спустился в воду. Ничего так, тёплая, котомка и вещмешок тянули ко дну, но я держался, только винтовку сбросил, и доплыл до кормы лодки, обойдя нос судна, там снял с себя вещи и закинул на палубу. Тут склон, сверху рубки не видно, но меня больше команда вьетнамского судна беспокоила, эти могут рассмотреть. Котомка промокла, а вещмешок только снизу. Пусть сушатся.
Мне два часа пришлось в воде провести, пока наконец погрузка не была завершена, шланги убрали, коими заполняли топливные цистерны субмарины, и всё. Отдали концы и судно стало отходить в сторону. И у меня в ногах вдруг забурлило, винты заработали. Однако я не задёргался, не опасался ноги потерять, винты гораздо глубже, а то тут на палубу поднимусь, обнаружат. Нужно дождаться, когда судно уйдёт, поэтому и сидел по шею в воде, сжавшись в комок и поджав ноги. Наконец судно погасив огни скрылось в темноте, а лодка стала уходить дальше. Я знал почему американцы так себя ведут. От полковника узнал, из порта Сайгона. Несколько дней назад над американским эсминцем пролетал северовьетнамский истребитель, и атаковал. Были пожары и убитые. Прикрытие с авианосцев не успело, то удрал. Вот и хоронились. Кстати, я помнил, что за лётчик это совершил, из наших, русских был. В моей памяти такой эпизод имел место быть.
Лодка удалялась вглубь Южно-Китайского моря, а я поднявшись выше стал изучать рубку. Народу стало чуть меньше, два офицера и всё те же три наблюдателя, и пока не подберёшься. А чуть позже, кажется это был капитан, спустился вниз. Оставив вещмешок на месте, вода пусть рядом бурлит, но вроде до него не доходит, не смоет, да и нет там такого ничего ценного из-за чего бы я расстроился. Так что двигаясь у левого борта, по шею в воде, на открытой палубе меня увидят, хотя тут тоже не подарок, струя воды от движения может смыть легко, приходится прилагать силы чтобы двигаться дальше. Котомка бьёт по боку. А та не самая лёгкая. А ведь всё дело в принципе. Думаете я из-за денег в это дело ввязался? Это просто приятный бонус, главное, я хотел сам знать смогу это сделать или нет? Поможет мне опыт прошлых реинкарнаций, или нет? И вообще я живу во всю грудь дыша, вот и ухватился за такое приключение. Это же восторг. Одно дело броню угнать, а совсем другое подлодку.
