Корея 1949-го года, скорая война, и есть лишь одно решение на какой стороне тут выступить… У ветерана Великой Отечественной войны Фёдора Палкина нет сомнений на какой стороне выступить… А претензий к одной звёзднополосатой нации у него было изрядное. И Фёдор, заполучив новое тело, не сомневался делая выбор. Потом снова, и снова?
Авторы: Поселягин Владимир Геннадьевич
прожектором, отсемафорил. Это были те, кто нужен, ответили правильно, так что поднял лодку выше, и приготовил вещмешок и котомку. Подождал, когда рыболовный траулер подойдёт, и дальше я сильно расстроился. Нет, никакого силового воздействия или чего такого. Всё по-честному, я сдал субмарину, у меня её приняли. Но кто принял?! Грязные рыбаки в рванине, от которых рыбой несло. Лучше бы не отмывал, не мучился, столько сил потратил. Я почувствовал разочарование. Два десятка вьетнамцев что поднялись на борт, никак не походили на спецов-подводников.
Когда я капитану субмарины показывал её, глаза у того были с огромные. Тот потом признался, он готовился принять старую рухлядь, для одноразового использования, а ему передавали новенькую подлодку. Её жаль. Скорее всего командование отменит операцию. Как её захватили рассказывать не стал, сказал у меня была команда, она уже сошла, а моя задача только передать трофей. Три часа я всё показывал, сообщив что один торпедный аппарат на корме пустой, и дальше попрощались. К постам управления вьетнамцы встали вполне уверенно, так что забрав пожитки, я перешёл на рыболовное судно и то отчалило. Уже светало, так что я видел, как субмарина погрузилась. Как я у знал от капитана траулера, меня доставят на Хайнань, а там китайская джонка уже в Северный Вьетнам, что меня вполне удовлетворило. Дальше я спать отправился, вымотался. Мне гамак уже выделили. Честно скажу, если будет ещё одно перерождение, а это вполне возможно, повторять эпопею с лодкой я вряд ли рискну. Сложно ею одному управлять, команда нужна, даже хотя бы такая перегонная в двадцать человек что перешли на борт субмарины.
Следующие пять дней я откровенно отдыхал от всего. Занимался тренировками по методикам занятий Пака, что я делал в прошлом теле, некоторые мышцы и связки у Вана были плохо развиты, вот и разрабатывал их. Наконец путь был завершён и меня высадили в небольшой бухточке, где была рыбачья деревня. Подхватив вещи, я сошёл с джонки, та к причалу подошла, попрощавшись с командой, и направился по рыхлому мелкому золотистому песку выше. Надо найти транспорт, что двигается в нужную мне сторону. Однако я не успел даже берег покинуть, как рядом притормозил такой знакомый «ГАЗ-69», и кабину покинул офицер в форме северовьетнамской армии. Водитель остался в кабине.
— Проводник Кыонг? — обратился тот ко мне.
— Я вас не знаю, — отступив на пару шагов назад, сказал я.
При этом жалея, что винтовка ушла на дно моря, с ней я подплыть к корме субмарины не смог, вот и сбросил самое тяжёлое. Винтовка скинул без сожаления, всё равно собирался другое оружие добыть. А два «Кольта» находились в вещмешке, быстро не достать. Не понравился мне этот офицер, особенно его взгляд. Так и знал, что в истории с этой субмарины заинтересую контрразведку, вот её представитель и появился.
— Ты проедешь со мной. Нужно поговорить.
— Вас двое, между собой и говорите.
Тот пытался схватить меня за рубаху, но я взял его на приём, и швырнул через себя. Тот знал какие-то приёмы, пытался противостоять, но я локтем его вырубил и рванул к водителю, что уже достал автомат, ударом ноги в голову отправил того в состояние сна. Разрядив автомат, бросил на песок, сюда же тело водителя и прыгнув в машину, с пробуксовкой стронувшись с места, погнал прочь. Свидетелей хватало, что на это глазели, но мне было плевать. Тем более я всё равно собирался покинуть Вьетнам. За деревней оказалась цепь солдат, что пытались меня остановить, и что странно, не стреляя прицельно. Шины пробили, в воздух палили, но не по мне, хотя и пригибался как мог. На пробитых колёсах я проехал километра три, отчего внедорожник мотало во все стороны, где бросил машину и дальше побежал пешком, а сзади нагонял звук моторов двух грузовиков. Только опоздали солдаты, я скрылся на опушке леса. В этих джунглях я сколько угодно могу в прятки играть. С американцами да, я там сам виноват, нужно было меньше двигаться на ветке, но кто же знал, что ракетчик неподалёку сидит? Высмотрел меня и пустил ракету.
За три дня, не торопясь, я добрался до нужной деревни. Долго изучал ту, заметил позиции бронетехники, обложенные мешками, одна охраняла от налёта с неба, в основном от вертолётов, две другие прикрывали деревню со стороны леса. На реку направлены стволы двух пулемётных точек. Хорошо оборона выстроена. Вроде всё тихо. Оставив вещи на опушке, я вышел на открытое поле, помахав рукой парням из охраны, и по тропке добрался до крайних домов, приветливо здороваясь с местными жителями. Так и добрался до кабинета Главы. Того уже предупредили о моём появлении, и тот встречал меня с искренней радостью. Усадил за стол, начал чаем поить, описывая какие он получил свои выгоды с этой сделки. Оказалось, тот получил
