Корея 1949-го года, скорая война, и есть лишь одно решение на какой стороне тут выступить… У ветерана Великой Отечественной войны Фёдора Палкина нет сомнений на какой стороне выступить… А претензий к одной звёзднополосатой нации у него было изрядное. И Фёдор, заполучив новое тело, не сомневался делая выбор. Потом снова, и снова?
Авторы: Поселягин Владимир Геннадьевич
— Авиация. Много. От южан летят. Больше сотни самолётов.
Наместник молча рванул в сторону деревни, охранники за ним, а я, подхватив на руки Ми, побежал наоборот прочь. Сомневаюсь, что их интересуем мы, часть самолётов, вон, пролетела дальше, навстречу уже летели истребители Севера, встречали незваных гостей, но я думаю многим достанется, и в это время лучше всего находится подальше. Ага. За самолётами в небе виднелись вертолёты Юга и ООН, несколько сотен. Пехоту везут. Зачистка. Но для кого?
Что плохо, мы находились на берегу, везде песчаные заносы с редким кустарником, а до леса метров четыреста. Пока добежишь, из пулемётов, установленных на вертлюгах в вертолётах, из нас фарш сделают. Я уже в курсе, солдатам приказано расстреливать всех, любого пола, гражданских и детей. Видишь, стреляй, так что я вот что сделал, прыгнул в реку, и срывая кувшинки, поднимая со дна длинные листья местного водного растения, стал навешивать на свою голову и головы прижавшихся ко мне детей. Место где мы сидели было едва по пояс. В общем, мы теперь напоминали зелёную кочку. Вода вокруг нас успокоилась, когда прилетели самолёты. Видно было плохо, но шесть боевых вертолётов выпустив по деревне неуправляемые ракеты, стали делать ещё заходы, а неподалёку от нас на берегу садились транспортные вертолёты, и высаживали солдат. На реку те не смотрели и стреляя бежали к деревне, пулемётчики с вертолётов их поддерживали.
Надо сказать, оборона в деревне после того как Наместник основные силы забрал, осталась хиленькая, но держалась довольно долго. Например, стрелок на бронемашины стрелять начал не сразу, но когда начал, собрал довольно хорошую жатву. Он сбил боевой вертолёт, тот в реку рухнул, только хвост торчал, и расстрелял из крупняка пять вертолётов на земле, что высаживали пехоту. Два полыхали, остальные в таком виде, что только на запчасти. Другие отлетели, пока боевые долбили по проявившей себя огневой точке, вскоре заставив её замолчать. Там поднялся столб густого чёрного дыма. Ещё такой дым был от советского вертолёта, тот тоже горел. Куда Наместник делся, я не видел, да и не до него мне. Сидел я, не шевелясь, успокаивал подвывающих в ужасе детей, прося их не шевелится, не баламутить воду. Другие транспортные вертолёты нашли место высадки ближе к деревне и садились там, высаживая пехоту и сразу взлетая, а около нас стали работать медики, тут остались только раненые и убитые. Я подумывал медленно спускаться вниз по реке, как будто мусор что мы изображали, течением сносило, но из-за вертолётов что кружили в небе, я не рискнул, сверху нас могут обнаружить. Однако видя, что солдаты берут пленных, вот это странно, понял, надо уходить, и постепенно стал смещаться, уходя по реке ниже по течению.
Причины так поступить были. Я прикинул и решил, что у юга разведка на территории северян поставлена хорошо, могли узнать кто угоняет технику, где эта деревня, и вот параллельно с актом возмездия за потопленные авианосцы, и деревню решили стереть с лица земли. Ну и меня поискать, наверняка ведь описание дали. А если о захвате субмарины с моим участием узнали, тогда с собаками искать будут. Так что я стал быстрее ногами двигать, но не быстрее течения, чтобы всё сверху казалось естественным. В захвате деревни не так и много вертолётов участвовало. Шесть боевых, осталось пять, и два десятка транспортных. Пять были потеряны на земле. Ещё видимо один сбили из ручного оружия защитники деревни, тот дымя и крутясь как-то смог благополучно сесть на косе, и четыре уже улетели с ранеными на борту. Осталось десять транспортных, что кружили в небесах, и их пулемётчики работали по всему что движется. К счастью, наша маскировка работала.
Наконец мы ушли за поворот реки и тот ужас в деревне больше не видели, только дымы от горевших домов и техники. Однако я всё равно изображал мусор, и мы медленно двигались. Дети вздрагивали от выстрелов и взрывов, хотя всё постепенно начало стихать, только рёв движков наверху не стихал. Кстати, тут мало «Хьюи» было, большинство транспортные «Сикорского» с обозначениями корпуса морской пехоты США. Похоже в зачистке деревни флот участвует. Мы уже километра на два отплыли, когда я решил, что хватит. Большая часть вертолётов уже улетели, так что вскочив, держа детей, прижимая к себе, я рванул к лесу. Тут опушка недалеко была, метров двести, вот так перепрыгивая через капустные грядки я и добежал до опушки и скрылся в лесу. При этом не останавливаясь мы углублялись в джунгли. Ми тяжеловата для меня, спустил на землю и держа за руку побежал дальше, а та за мной. Услышав шум, замер и укрыв детей в колючем кустарнике, там если по-пластунски, то можно под него забраться, пространство есть, сам пробежался и посмотрел кто это. Женщина, вроде из деревни,
