Корея 1949-го года, скорая война, и есть лишь одно решение на какой стороне тут выступить… У ветерана Великой Отечественной войны Фёдора Палкина нет сомнений на какой стороне выступить… А претензий к одной звёзднополосатой нации у него было изрядное. И Фёдор, заполучив новое тело, не сомневался делая выбор. Потом снова, и снова?
Авторы: Поселягин Владимир Геннадьевич
время. В этом теле я оказался часов в одиннадцать дня, а сейчас уже тринадцать часов наступило, и время шло, но берег был пуст и тих. Я был уверен, что бандеровец где-то тут, их натуру я знал хорошо, вещи тот не бросит, значит появится, нужно ждать. И я дождался, пять часов, вечер наступил, когда я засёк движение. Один из ранцев вдруг свалился. Он прислонён ко второму был, а тут взял и упал. Зрение у парнишки, в тело которого я попал, было превосходным, и несмотря на сто сорок метров, такова была дистанция, рассмотрел палку что высовывалась из кустарника, с сучком на конце, и этим сучком Михась, а я уверен, что это он, пытался подцепить лямки ранца, оставаясь сам вне видимости. Я прицелился туда где должно быть его тело и трижды выстрелил, а потом и четвёртую пулю послал. Быстро скатившись по веткам вниз, позиция моя раскрыта, побежал к речке, переплыл её, да я с другого берега держал на прицеле место с убитым бандеровцем, и дальше стал подкрадываться к кустарнику. Ранее игольчатый штык я убрал, а теперь вернул на место, и двигался вперёд, готовый ударить. Вот и кустарник, и ноги, обутые в сапоги из него торчат. Даже гвозди блестят своими шапками на подошве. Наши сапоги-то. Размахнувшись, я метнул винтовку как копьё, и та, пролетев метров десять, вошла в спину Михася. Грохнул выстрел, разделся стон, ноги чуть подёргались и всё стихло. Винтовка, покачиваясь, так и торчала в теле. Не зря метнул, тот ранен видимо был, ждал меня. А пуля над плечом свистнула.
Рисковать так я всё равно не стал, чуть подождал и подкрался сбоку. Точно убит. Встав, уже уверенно, выдернул винтовку, вытерев штык, убрав его, достал из карманов Михася патроны, подсумков не было, и перезарядил оружие, потом подобрал немецкий карабин, и его дозарядил, ну и начал обыск. Кстати, нашёл полуботинки, мой размер. Видимо раньше принадлежали этому телу. На берегу на песке носки лежали, тоже теперь мои, одел обувь, а то неудобно и продолжил досмотр. Пачку денег в карман убрал, хотел продолжить, как тихий голос негромко сказал:
— Руки держи на виду.
Я так в согнутой позе и застыл, лишь глаза скосил, сзади подходило двое в форме МГБ, фуражки точно их, но сверху камуфляжные костюмы. В кустах явно ещё несколько бойцов страхуют. Подойдя, один достал из-за ремня «ТТ», что я нашёл в кармане Михася, карабин и винтовку убрал в сторону, после чего отвёл к кромке виды. И пока другие бойцы, рассыпавшись, всё осматривали, этот, что меня за плечо держал, спросил:
— Ты кто?
— Не знаю.
— Поясни?
— Эти железку к ногам привязали, утопить решили. Видимо по голове дали, ничего не помню, очнулся в воде, захлёбываясь. Связали плохо, развязался, всплыв, они меня пытались штыком достать, стрелять почему-то боялись, я винтовку вырвал и того на берегу застрелил. Этот второй его карабин схватил и бежать. Сам я под водой прятался. Вещи его на берегу, решил что тот их не бросит. Вон там на дереве в ста пятидесяти метрах занял позицию и дождался. Он пытался палкой ранец вытащить, я всю обойму по кустарнику и выпустил.
— Понятно, это на твои выстрелы мы навелись. А ещё один?
— Это он выстрелил. Когда я подкрался, метнул в него винтовку как копьё, патронов-то не было, вот он и стрельнул. Дальше добычу, то есть, трофеи стал собирать, это святое, так что память у меня чистый лист. Только с момента как воде очнулся.
— А по речи этого и не скажешь.
— Я прошлое забыл, но не всё, беседу поддержать могу.
— Ну-ну. Проверим. Комин, веди этого к машине. И руки свяжи, похоже шустрый.
Тут раздался возглас от бойца что ранцы осматривал, тот держал в руках найденные пачки банкнот, обвязанные банковскими лентами.
— Тут только треть, — осмотрев находку, сообщил командир осназа МГБ. — Видимо остальное унесли другие члены банды. Разделились.
Меня быстро обыскали, снова освободив карманы, и повели куда-то в лес. Руки за спиной связали, опытные. Я же был недоволен собой, мог бы и догадаться что так будет, если бандеровцы шуметь опасались. Надо было хватать всё и бежать. С той суммой что нашли бойцы, я мог везде устроится. А сейчас предстоит допрос, который чёрт его знает чем закончится. Это в будущем в фильмах сотрудников комитета выставляли жёсткими, но справедливыми людьми, я воевал и краем видел их работу. Можете поверить, на возраст они не посмотрят, и будут ломать также, как и взрослых. Чую меня тоже за бандеровца приняли. Может быть за сына или приспешника. Идти пришлось довольно долго, я поглядывал изредка на сопровождающего, но возможности для побега тот не дал, да и со связанными руками сложно победить опытного бойца. Добрались мы до лесной дороги, немного промахнувшись мимо стоявших на ней машин. Две «полуторки» было, и «Газ-67», со снятым верхом. У машин скучали трое водителей,
