Корея 1949-го года, скорая война, и есть лишь одно решение на какой стороне тут выступить… У ветерана Великой Отечественной войны Фёдора Палкина нет сомнений на какой стороне выступить… А претензий к одной звёзднополосатой нации у него было изрядное. И Фёдор, заполучив новое тело, не сомневался делая выбор. Потом снова, и снова?
Авторы: Поселягин Владимир Геннадьевич
произвела выстрелы по количеству утопленных кораблей или судов противника. Одиннадцать выстрелов ровным счётом. С миноносцев раздалось семь выстрелов. Повесив сигнал приветствия командующему крейсерским отрядом Владивостока, это он был на «России», получил приказ принять на борт лоцмана. Наша группа остановилась, легла в дрейф, и меня попросили подняться на борт «России». Рапорт по боевым действиям крейсера и миноносцев я уже написал, причём в трёх экземплярах, рапорт с прошением об отставке тоже, так что прихватив их, по одной копии, вещи мои были собраны, если что денщик передаст, ну и на шлюпке отправился к борту «России».
Контр-адмирал Иессен принял меня в своей комнате. Тот молча кивнул на моё приветствие, забрал рапорты и довольно долго их читал, осмотрел прошение об отставке, вздохнул и сказал:
— Лейтенант, мне поступил приказ от адмирала Алексеева, арестовать вас за похищение боевого корабля, и пиратские действия. Однако если я выполню его, то меня линчуют мои же молодые офицеры, которые от ваших действий в полном восторге. Поэтому поступим проще, я подпишу ваше прошение об отставке, тем более уже пришёл приказ «Палладе» войти в состав отряда крейсеров Владивостока, и корабль находиться под моей властью. Капитан корабля остался в Порт-Артуре, он не смог покинуть блокированную крепость, поэтому временно командование крейсером примет старпом с «России». Это опытный офицер, вы передадите ему командование кораблём. Сейчас же ступайте.
Подписав моё прошение об отставке, тот отправил меня обратно. Возвращался я уже с морским офицером в звании капитана второго ранга, старпома с «России». Прибыв на борт «Паллады», лоцман уже был тут, я выстроил команду, представил им нового командира, мол, меня сняли с командования, и дальше уже новый капитан всё взял в свои руки. Два часа и все были заведены на рейд Владивостока. С «Оки» сходили пассажиры, на шлюпках снимали японцев, отправляя их в лагерь военнопленных, на крейсер прибыли местные офицеры, узнать степень повреждения корабля, нужен док или нет. Я и так скажу, а корабельный инженер подтвердит – док нужен. С призов перевозили раненых на берег, в госпиталь, на судах уже интендантские команды работали, такой уголь крейсерскому отряду точно нужен, похоже, угольщики реквизируют за контрабанду, их остановки и досмотр оформлены мной как нужно, установят орудия на палубе и превратят во вспомогательные крейсера. Теперь действовать отряд сможет куда резвее, дальность действий увеличится на порядок.
Время вечернее было, я попрощался с командой «Паллады» и миноносниками. Тут же на палубе были и команда с миноносцев, вот их командиры были тут, во Владивостоке, воспользовавшись моим примером, прорвались на трёх миноносцах, добыв уголь с захваченного японского транспорта. Они его сюда привели. Командир «Паллады» видимо не поддержал их решения, возможно побрезговал, вполне в его духе. Так что капитаны снова вступили в свои должности. Они тут же были, без всякой злобы с интересом на меня поглядывали. Видимо зла на меня не держали. Вот так попрощавшись, денщик уже спустил мои вещи в шлюпку, я и покинул борт крейсера. Перед прощанием команда мне отсалютовала как адмиралу, показывая своё уважение. Добравшись до берега, я снял номер в гостинице, штаб эскадры ещё работал, по просьбе адмирала навестил штаб, и забрал приказ об отставке. Он подписан адмиралом и оставлен для меня. Всё, сняв погоны с кителя, носить их права я уже не имею, хорошо не арестовали, так что вернувшись в гостиницу, застал на входе полного мужика что меня искал. Это был фотограф с «Оки», а оказалось корреспондентом столичной газеты. Мы посидели в ресторанчике, тот меня разговорил, вот я всё и описал, да ещё копии рапортов ему дал, там всё тоже самое описано. Тот спросил разрешения их напечатать, и получив его, довольный ушёл. Похоже материал тот набрал превосходный. А мне пришлось в ресторане задержаться, сюда гурьбой пошли молодые морские и армейские офицеры, в общем, с ними пообщался, описывая что было, так что в номер вернулся только в полночь. Там омылся в тазике и лёг спать.
Сбежал я из города на вторые сутки, похоже я стал в городе знаменитостью номер один, все хотели пообещать, и выпить со мной. Журналисты ладно, брали интервью и уходили, больше проблемы офицеры доставляли, что морские, что армейские. Так что на третий день купил двух коней, верхового, и вьючную, докупил патронов к винтовке, приобрёл офицерскую палатку, одеяло, утварь, припасов на месяц и к десяти часам утра покинул город. Постарался сделать это незаметно, чтобы какой ретивый молоденький мичман или лейтенант не отловили. Форму снял, купил дорожный костюм, походный, удобный, и вот отбыл. Поездом не стал, верхом попутешествую,
