Корея 1949-го года, скорая война, и есть лишь одно решение на какой стороне тут выступить… У ветерана Великой Отечественной войны Фёдора Палкина нет сомнений на какой стороне выступить… А претензий к одной звёзднополосатой нации у него было изрядное. И Фёдор, заполучив новое тело, не сомневался делая выбор. Потом снова, и снова?
Авторы: Поселягин Владимир Геннадьевич
хочу местные красоты осмотреть. Ну а то что я вроде как с войны сбежал, то тут другие правила. Во время войны можно в отставку уходить, по болезни, ранению или приказу с выше. В моём случае был третий вариант, который оспорить я не могу, да и не хочу, сам на это рассчитывал. Если бы я рапорт об отставке не написал, меня бы заставили, ещё и звания лишили, или худший вариант, перевели служить в страшную дыру, а сейчас я орденоносец и лейтенант в отставке, какой-никакой, а чин, соответствует армейскому штабс-капитану. Наград за рейд я не ждал. Да и не будет их, бунтарей не награждают, чтобы они не совершили. Бунтари пример для других, наградят, дадут повод снова так поступить уже другим бунтарям, нет, скорее всего побыстрее замнут этот случай, вычеркнув его из истории.
Весь месяц я людей практически не видел. Изучал девственные места, рыбачил на реках, лосось просто восхитительный на вкус, а свежая икра мне так и не надоела, несмотря на её количество, изредка замечал старые следы присутствия людей. Один раз обнаружил костяк в истлевших одеждах. При нём ничего не было, видимо кто-то нашёл тело и не похоронив обобрал. Я же складной лопаткой вырыл могилу и похоронил. Не знаю кто это был, мне кажется золотоискатель, надеюсь сделал благое дело. Припасы подошли к концу, так что я направился к людям. Отдохнул отлично, поохотился, набрался впечатлений и оптимизма, вот и настало время посетить окрестности Твери, навестить родителей Александра, в тело которого я попал. Думаю, это будет правильно. Не знаю что в газетах пишут, хают или хвалят, думаю последнее вряд ли, но нужно прибыть к ним самому и объяснится. Если простят, то хорошо, если нет, прогонят, ещё лучше. Отправлюсь в путешествие по всему миру. Привык я к этому делу, интересно мне, видится смысл жизни в этом. А самые предпочтительные, морские суда, и дом, и средство путешествия. Я оттого и люблю их, и в кругосветку уже сколько собираюсь. Нет, я раз двадцать в них был, но мне пока не надоедает. Стараюсь повторить их в каждом теле. Тем более в этом тысяча девятьсот четвёртом будет любопытно взглянуть на разные порты и города, как они выглядят сейчас, вспоминая как будут выглядеть в будущем.
За этот месяц я ушел далеко, за Хабрин, так что выйдя к железнодорожным путям по ним добрался до ближайшей станции. Она небольшая была, но купить билет и оплатить перевоз лошадей с багажом до Москвы, было вполне возможно, что я и сделал. Заодно и припасы тут же в лавочке купил. Поезд будет только завтра, так что снял комнату, гостиницы тут нет, искупался в озерце неподалёку, и устройся на ночь. Хозяйка, у которой я комнату снял, всю мою одёжу хорошенько постирала, к утру высохнет. Кстати, при покупке билета, предъявил документы, тут правила такие, каторжников много, бывают бегут, так что вписали мои данные в журнал пассажиров, что на это станции покупали билеты. На мою фамилию служащий даже внимания не обратил. А вот на вокзале, после оплаты билета, я приметил у служащего газету. Взял почитать с возвратом. Оказалась та старой, двухнедельной, из Владивостока. В общем, обо мне чуть ли не две страницы, какими только словами не хаяли. Значит я был прав, выбрали политику очернения, так что брезгливо сложив газету, вернул её на место, и отправился к домику, ночевать.
Следующие две недели я был в пути, пока не сошёл на вокзале Москвы. Там снял номера в гостинице, отходя от дороги, дважды ванную принимал, и в турецкие бани на третий день сходил. Не знал что они в Москве имелись, но вот возжелал посетить и сделал это. Одежда поистрепалась, так что я купил новую, портной ушил по фигуре, и задержавшись в Москве всего на пять дней, верхом отправился к Твери. Я бы подольше в Москве пробыл, но случалась неприятность, встретил однокурсника Александра по морскому кадетскому училищу, тот обрадовался. Сказал, что читал в газетах про меня. Пытался затащить в ресторан, но я отговорился спешными делами. Быстро добрался до гостиницы и в этот же день покинул столицу. Что-то мне не понравилась излишне довольная и радостная физиономия этого лейтенанта. Судя по дороговизне материала, из которой пошита форма, и нагловато уверенному виду, тот при штабе ошивался, море, наверное, на картинках и видел. Шучу конечно, все кадеты практику проходят, но всё равно такие хлыщи мне не нравились.
Где находится поместье Алексеевых я отлично знал, до него километров двести от Москвы будет, неподалёку от Твери. Можно и на поезде было дорогу сократить, однако в пути будет два легко добываемых клада, хотел их извлечь, из-за чего и докупил две дополнительные вьючные лошади. Это будут средства что я потрачу на покупку судна и его оснащение, на нём и отправлюсь в путешествие. Скорее всего парусное, но с машиной, которую изредка буду запускать. Работать кочегаром постоянно
