Корея 1949-го года, скорая война, и есть лишь одно решение на какой стороне тут выступить… У ветерана Великой Отечественной войны Фёдора Палкина нет сомнений на какой стороне выступить… А претензий к одной звёзднополосатой нации у него было изрядное. И Фёдор, заполучив новое тело, не сомневался делая выбор. Потом снова, и снова?
Авторы: Поселягин Владимир Геннадьевич
брать на абордаж суда, надеюсь не оплошают. Ну а мы, пользуясь предрассветными сумерками, прошли в Токийский залив, отсемафорив сторожевому судну на входе. Стрелять не стали, чтобы не всполошились, пусть думают в темноте что мы свои. Минных полей тут не было, слишком большой грузопоток, этим мы и воспользовались. Я использовал японскую сигнальную азбуку. Пока те соображали, что я отправил, мы уже шли дальше. Броненосец шёл, впереди оба миноносца, и замыкала колонну «Аврора». Шли мы к рейду максимальным ходом, удар нанесём по порту, стоянкам судов, по складам. В общем, что глаз радует, то и обстреляем.
Двигаясь по заливу, пользуясь тем что только-только начало светать, я изучал окрестные воды в бинокль, и приметив кое-что интересное, тут же скомандовал:
— Выдать команде личное оружие. Приготовиться к абордажу.
Пока другие офицеры передавали приказы и на корабле всё пришло в движении, вскрывался арсенал и выдавалось оружие, винтовки, револьверы, палаши, боцманская команда «кошки» готовила, а я, старпом и старший штурман на корабле изучали стоявший на якоре бронепалубный японский крейсер «Читосэ». Закончив осматривать сонный корабль, там только вахта стояла, на приближающиеся корабли там смотрели без интереса, ещё не опознали, да и лёгкий туман в заливе присутствовал, я скомандовал старпому, тот имел звание капитана первого ранга, и для такого крейсера звание вполне подходило.
— Назначаю вас командиром абордажной партии. После удачного захвата корабля, именно вы вступаете в его командование. Удачи.
— Есть.
Старпом никак не выдал своих чувств, лицо было невозмутимым, но я приметил как глаза у того радостно блеснули. Старпому уже тридцать девять лет, и тот выработал ценз, пора уже принять командование каким кораблём, но не было свободных, а тут был его шанс, и я отлично это понимал.
— Передать «Авроре», открыть огонь по стоявшим на якорях грузовым судам, сразу как начнётся абордаж японца. Расчётам броненосца запрещается использовать крупный калибр пока идёт абордаж, использовать средний и малый по судам и порту.
Японцы забеспокоились, но было поздно, подошедший броненосец, мягко, показывая отличную выучку команды, притёрся к борту японца, полетели «кошки» и как только корабли соединились, на палубу крейсера японцев с рёвом хлынула толпа матросов. На таком типе кораблей четыреста пятьдесят-пятьсот моряков в команде. Пока орудия «Авроры» и броненосца работали по порту, корабль брали отсек за отсеком, не стесняясь использовать оружие. Полчаса и тот очищен, пленных сталкивали за борт, берег рядом, доплывут, а если не умеют, что ж, судьба такая. Я выделил пятьдесят матросов и двух офицеров бывшему старпому, теперь его должность принял капитан второго ранга барон Цербер. Тому должно хватить, это по сути перегонная команда. Мой броненосец уже отошёл от борта трофея, и заговорили орудия главного калибра, когда на японце усилился дым из труб, подали пары, поднимая якоря крейсер снимался с места стоянки, следуя за броненосцем, а «Аврора» и «Александр Третий» лупили из всех стволов не жалея снарядов, запас мы с собой большой привезли, по всему что было привлекательным в качестве цели. Курсируя по рейду, мы отправили на дно порядка сорока судов что стояли на якорях, десятка два горели, часть миноносцами потоплены, те торпеды использовали. Разрушены сооружения порта, горели склады. А когда за Токио вдали начали взлетать зелёные ракеты, сигнал о помощи от гвардейцев, то главный артиллерист броненосца, лично поднялся на мачту, ему там телефон заранее установили, корабль я остановил, положив в дрейф, и начал корректировать огонь, ориентировался по ракетам что гвардейцы пускали, помечая позиции противника. Вот по ним и били орудия, с полчаса, пятьдесят снарядов выпустили, пока не взлетели красные, сигнал отбоя. Дальше, постоянно стреляя, город горел, мы на полном ходу направились обратно. То, что береговые батареи с одной стороны захвачены, уже стало известно, когда мы подходили нам подали сигналы ракетами. А вот с другой стороны по нам стреляли, и вокруг вставали столбы воды, три попадания было без пробитий, ну и мы в ответ, капониры с орудиями скрылись в разрывах. Сторожевое судно обнаружили выбросившимся на берег, то изрядно дымило. Гвардейцы, захватив орудия, открыли по нему огонь, и попали. Я на это рассчитывал, не зря же отправил с ними мичмана-артиллериста с шестью матросами. Покинув залив, мы отправили к берегу «Читосэ», принять на борт гвардейцев роты что нам так помогла. Один миноносец тоже стал принимать гвардейцев. Второй я отправил за транспортами. А пока там шла погрузка шлюпками, это не быстрое дело, на трофее всего пятьдесят матросов, мы отошли и открыли огонь по береговым
