Корея 1949-го года, скорая война, и есть лишь одно решение на какой стороне тут выступить… У ветерана Великой Отечественной войны Фёдора Палкина нет сомнений на какой стороне выступить… А претензий к одной звёзднополосатой нации у него было изрядное. И Фёдор, заполучив новое тело, не сомневался делая выбор. Потом снова, и снова?
Авторы: Поселягин Владимир Геннадьевич
судно, тоже останется при вас, защитит от атак миноносцев, от остальных выброситься на берег, или ночью прорвётся в открытое море и начнёт крейсерские действия. Я уже отдал приказ выбросить на берег ещё одно судно, к нему пришвартовали грузовое с патронами в трюме к японскому пехотному оружию, а к нему уже встало другое, в трюме которого японские винтовки и пулемёты, их разгрузить требуется в первую очередь, чтобы вооружить войска. Будете воевать трофеями. Нужно привести части обороны в полную боеспособность, чтобы к подходу бригады генерала Бакулина к деблокировке осады всё было готово. Ещё я вам оставлю минного офицера, десять матросов и двух унтер-офицеров с двумя паровыми катерами. В будущем бухту я хочу использовать для стоянки своих кораблей и судов. Их задача разминировать фарватер, чтобы корабли вошли в бухту.
— Толково говоришь, Александр, надеюсь, что всё у нас получится.
— Я в этом уверен. Большая часть японских сил переброшена сдерживать Куропаткина, его довольно далеко отбросили. Тут у вас в основном силы сдерживания и небольшие резервы что и атакуют, или создают видимость. Справимся.
Мы с генералом до полуночи общались, составляли планы, обменивались информацией, после этого тот отбыл, ну а мы, снявшись с якорей, ушли. Со мной уходили «Аврора» с «Читосэ», кстати, японский крейсер всё же пополнили до полного штата, из Порт-Артура прибыло семьсот шестьдесят два моряка, с погибших кораблей, их из окопов забирали и отправляли к точке эвакуации. Я попросил моряков, и Кондратенко мне не отказал, тем более я вернул уже солдатами, даже с пушками. И да, все мелкокалиберные пушки и пулемёты были сняты и переданы осаждённым со снарядами, те найдут им применение. Более того, команда углевоза по моему приказу побывала на месте боя с канонерками, и с тех что лежали на мелководье, краном сняли три стодвадцатимиллиметровых пушки Канэ, и восемь пулемётов. Их уже доставили, мы боекомплекты подкинули, поставят на берегу, как береговую батарею. Пока орудия на углевозе, до них ещё руки не дошли, стрелковое оружие с патронами разгружали, и продовольствие. Жители города на руках всё относили к Порт-Артуру, да грузили на повозки и толкали. Лошадей-то не было.
Так вот, уходил я таком составе, кроме флагмана, оба крейсера, оба миноносца, оба судна обеспечения. Остальные стояли на якорях у берега контролируемого русскими войсками. Там на дальнем холме ещё сохранилась дальнобойная батарея, без снарядов, но нужный калибр нашёлся на наших судах обеспечения, что мы пригнали, вот мы и выдали сотню снарядов, скоро пополнят боекомплект и корабли флота снова тут не смогут подойти к берегу. А с разгруженных судов снимали всё ценное, даже уголь, чтобы было чем топить дома, или готовить пищу. С этим уже проблемы. А мы ушли обратно к Японии, двигаясь ближе к китайским берегам. Днём удачно обошли встречные суда, видя дымы на горизонте, и вот снова разделившись на группы, разошлись. Я действовал с транспортами, а крейсера разбил на два отряда, усилив их миноносцами, так что те разбежались на охоту. Уже через час обнаружив дым на горизонте, мой броненосец устремился туда, транспорты медленно отставали, да и не насиловали те свои машины, ни к чему им это. Именно на их бортах находятся те матросы, которых мы забрали из Порт-Артура. Ту рванину, в которой они одеты были, выбросили, из корабельных запасов им выдали новую форму, помылись, побрились, постриглись, вооружились, сейчас камбузы на судах аврально работают, чтобы те отъелись, и вот семнадцать офицеров, именно столько оказалось морских офицеров в осаждённом Порт-Артуре, начали формировать батальон морской пехоты трёх ротного состава. В будущем те будут пополнять команды кораблей на случай потерь. Сотня моряков уже ушли на «Читосэ» в команду, осталось шестьсот пятьдесят. Да и призовые партии с трофейных судов я забрал, оставил две, что будут подгонять суда для разгрузки.
Вот так мы и двигались. Судно на горизонте довольно быстро сближалось, сигнальщик уже сообщил что оно грузовое, но какое именно пока неизвестно. Вот то стало отворачивать, явно собираясь лечь на обратный курс, уже подозрительно, хотя флаг английский, выстрел поперёк курса и после недолгой заминки флаг пополз вниз. На борту броненосца уже расположилась свежесформованная рота морской пехоты под командованием лейтенанта Афанасьева, единственный офицер в роте, взводами кондукторы командуют. Именно его подчинённые, сев в две шлюпки, и отправились к борту англичанина. Сидел тот очень глубоко. Не похож тот на углевоза, но я надеюсь, что это он, угольные ямы уже наполовину выбраны. Англичанин пытался что-то выдать в эфире, но наш радист забил канал случайными наборами звуков, так что не смог тот сообщение отправить.
