Корея 1949-го года, скорая война, и есть лишь одно решение на какой стороне тут выступить… У ветерана Великой Отечественной войны Фёдора Палкина нет сомнений на какой стороне выступить… А претензий к одной звёзднополосатой нации у него было изрядное. И Фёдор, заполучив новое тело, не сомневался делая выбор. Потом снова, и снова?
Авторы: Поселягин Владимир Геннадьевич
прямо по ходу. Передать «Авроре» и «Чисотэ», вести бой самостоятельно. Морской пехоте приготовится к абордажу, они идут первыми.
Броненосным крейсером оказалась «Ниссин», корабль итальянской постройки типа «Касуга», с головным кораблём серии японцы получили эти два корабля через месяц после начала войны. А бронепалубным оказался «Такасаго». А дальше ещё были корабли, что снимались с якорей. В этих водах, нашпигованных минами, я бы тоже постарался отстояться в безопасном и чистом месте, а не курсировать, мало ли на сорвавшуюся с якорей мину наскочишь. Именно тех, кто дальше, и атаковали мои крейсера. А броненосец мягко притёрся правым бортом к левому борту «Ниссин», полетели «кошки», и на борт хлынула вооружённая толпа матросов, где командовали редкие офицеры. Пока шёл абордаж, им старпом командовал, сам я на мостике стоял, руководил со старшим артиллеристом огнём орудий левого борта, расстреливая «Такасаго». Ещё и сигнальщикам приказал усилить наблюдение за морем, ещё не хватало атаки японских миноносцев, а они должны быть, и чую скоро появятся. И вторя моим мыслям, раздался крик сигнальщиков:
— Японские миноносцы по левому борту.
— Огонь по миноносцам из всех орудий! — тут же скомандовал я, и канониры стали быстро наводить стволы орудий на новые цели.
«Якумо» уже пошёл ко дну, только нос мелькнул. «Такасаго» после подрыва погребов на корме, тоже скрылся под водой. А вот два других японских крейсера, опасности уже не представляли. В одном я опознал броненосный «Асама», их всего два корабля построенных этого типа, это первый, второй мы потопили на «Палладе». Именно его, встав по обоим бортам, беря с меня пример, такого приказа я не отдавал, и брали на абордаж мои крейсера. Второй японский крейсер — это бронепалубный «Сума», головной корабль этого типа, тот два залпа почти в упор получил, и самоходную мину, перевернувшись тонул. Вдали за дымкой уже видно полоску берега, именно там наши и Порт-Артур, оттуда шесть миноносцев и шли, ещё далеко, для уверенного пуска самоходных мин, по ним мы и открыли максимально быстрый огонь. Тот был убийственный, после двух попаданий, один миноносец скрылся волнах, уйдя на дно, другой с пожаром на носу и надводной пробоиной отвернул, за ним и четыре других, продолжая находиться под плотным обстрелом. Когда японские миноносцы вышли за дальность ведения огня из наших орудий, они ещё два потеряли. Тот что с пожаром направился к берегу, а один, уцелевший, рванул к нашим транспортам, что неподалёку находились. Я с тревогой наблюдал за этим, однако с транспортов захлопали выстрелы, там на палубах стояли полевые пушки, и артиллеристы из освобождённых пленных открыли огонь по миноносцу. К сожалению, не попали, хотя водяные столбы вставали у борта, но заставали отвернуть и уйти.
— Отдать приказ транспортам, идти к берегу, встать на разгрузку.
Пока сигнальщики передавали флажками сообщение, наблюдатели сообщили:
— Дым с востока… Два бронепалубных японских крейсера.
— Это дозорные, видимо.
«Ниссин» наконец был взят. Оставив на нём роту морпехов, которая понесла потери по захвате, там Афанасьев командовал, он же и будет перегонять крейсер, пусть следят за пленными и системами корабля, я отвёл броненосец от борта захваченного трофея, и развернувшись, сходу открыв огонь, пошёл на встречу японцам. Те отвернули, и отбежав к горизонту, стали там курсировать за дальностью стрельбы наших орудий, наблюдая за нами. Вернувшись, мои крейсера уже закончили, и тоже отошли от «Асама», я положил корабль в дрейф, и вызвал командоров «Авроры» и «Читосэ». А когда те прибыли, вручил им приказы, сдать свои крейсера старпомам, которых я назначил командирами «Авроры» и «Читосэ», тут отдельные приказы подписаны, и принять «Асаму» и «Ниссин». Бураков с «Читосе» получал «Ниссин», командир «Авроры» уже «Асаму». Как командир отдельной флотской группы, я мог отдавать такие приказы и проводить перестановки. Командование флотом будет вынужденно подтвердить назначения. Причём команды «Авроры» и «Читосэ» оставались на своих кораблях, я разрешил капитанам забрать только по три офицера. Команды для броненосных крейсеров будут комплектоваться за счёт моряков из батальона морской пехоты и тех моряков, что мы освободили, захватив судно, на котором их перевозили. Их там с пять сотен было, плюс те что в Порт-Артуре получили. По прикидкам хватит скомплектовать две команды, главное, чтобы все нужные специалисты нашлись. Списки есть, я их передал командирам броненосных крейсеров. Разберутся. Все морпехи со всех моих кораблей, а это рота на броненосце, они вошли в команду «Ниссина», и два взвода с бронепалубников, там уж на «Асамо», стали пока перегонными командами, осваивая
