и новую статью, прочитав которую, заодно узнала и то, о чём не спрашивала: с точки зрения законов Маграда, я единственная Тодор. Маму или папу, не знаю, от кого из них мне перепала магия, семейная защита пропустит на территорию особняка, то есть фактически он или она тоже Тодор, а вот по закону — нет. Какая разница? Если кто-то из магов причинит им вред, права обратиться в Ассамблеи за защитой у меня не будет. То есть обратиться-то, пожалуйста, но меня пошлют. Надо ли регистрировать родителей я потом обдумаю.
Сейчас важно, что, если магические узы существуют по факту, но не подтверждены официально, я могу попытаться их порвать, и по закону мне за это ничего не будет. Угу… Всего лишь вражда с Давенами выйдет на новый уровень.
Я внимательно дочитала всё по теме. Пора действовать!
В малом ритуальном зале главы рода меня дожидалась заготовка под атам. В записках Янина настойчиво советовала не спешить, но ритуальный кинжал мне нужен срочно. Чёрт! Даже факела нет. Ладно, обойдусь спичкой. Куда лететь, метла знает. Мне надо только двери открывать — это я сделаю на ощупь печаткой. Заготовку в свете огонька как-нибудь уж найду.
Активировать придётся кровью… Вроде бы ведьмой стала, а такое чувство, будто не магию обрела, а в качестве питомца завела вампира.
Управилась быстро.
— Трейс живой? — уточнила я, вернувшись с готовым к применению атамом.
Не помер бы, пока я мечусь, как заполошная курица.
— Живой. Ты…?
Я рассекла кинжалом мизинец. Теперь надо исхитриться и нанести желаемую руну прямо на веки. Правый глаз, левый глаз.
— Лесса? — кажется, Калид не на шутку заволновался.
Не стала ничего пояснять. Время.
Хоть бы получилось. Зря я что ли пальцы калечу? Медленно открыла глаза.
— Ой.
— Лесса? — всё также напряжённо переспросил парень.
Калид под «Взглядом истины»… Нет, он не изменился, я по-прежнему видела бледного голубоглазого блондина с бескровными, сжатыми в тонкую нить, губами, но одновременно я видела его белоснежным соколом. Только птица не была свободна, её оплетали похожие на щупальца багряные путы, тянувшимися ко мне. Тотчас возникла ассоциация — марионетка. Мне даже не надо приказывать, достаточно потянуть за нить, и Калид выполнит мною задуманное. Путы оплетали и человеческую ипостась тоже, только чуть меньше.
Я сглотнула. Выглядело противоестественно и от того вдвойне ужасно.
И законно. По праву главы рода печаткой я подтвердила привязку фамильяра.
Я отвела взгляд от Калида, и это стало ошибкой. Чуть не ослепла от сияния защитной магии владения, расположенного через улицу. Я зажмурилась, давая глазам секундный отдых, и переключилась на Трейса. Он моя цель.
Птица с переломанными крыльями и одновременно мальчишка-подросток, щуплый, темноволосый, с тёмными кругами под глазами. У птицы сломаны крылья, у мальчик — руки.
Узы тоже были. Не подтверждённые официально бледные нити тянулись… Я отчётливо рассмотрела, что на противоположном конце немолодая ведьма, откуда-то пришло отчётливое понимание, что она Давен.
А ещё я увидела, что узы старые, очень старые.
— Лесса? — снова позвал меня Калид.
Я покачала головой:
— Похоже на белёсую паутину. Трейс опутан этой дрянью с клюва до кончика хвоста. Оно… Я не знаю, как правильно объяснить, нити выглядят старыми.
На самом деле, знаю, но признаваться вслух не хочу. Багровые жгуты, опутавшие Калида, прилегали неплотно. Они походили на ажурную толстую сеть с замысловатым узором. Любое из щупалец можно попробовать приподнять. Стоп. А если их срезать?! Ведь именно это я хочу сделать с Трейсом — освободить. Я не знала, как порвать связь, пока у меня не было семейного гримуара, но теперь-то всё изменилось, у меня есть не только знания, но и атам. Я могу освободить Калида! И умереть без поддержки фамильяра, когда магия проснётся окончательно.
Нет, это я потом обдумаю. Всё равно конкретно сейчас я ничего не сделаю — слишком мало прочитала, и вообще, сначала разрыв и его возможные последствия следует обсудить с самим Калидом, это дело даже больше его, чем моё.
Я полностью сосредоточилась на Трейсе. Подчиняющие нити не просто опутывали человеческое тело, как было у Калида, они давно въелись в кожу, вместо снимаемой сети я видела причудливую татуировку. У птичьей ипостаси подчиняющие нити стали частью перьевого окраса.
— Насколько старые?
— Не знаю, — я попыталась представить, сколько времени понадобится жгутам, чтобы уйти под кожу и срастись с организмом настолько, чтобы выглядеть его естественной частью. — Мне кажется, что им
