а почему Старших вообще терпят? Как я поняла, семей немного. Объединиться всем вместе и дружно навалять зарвавшимся магам?
— Во-первых, семьи действительно сильны. Во-вторых, людям без дара при магах живётся хорошо, так что самая многочисленная группа бунт не поддержит. Да и остальные группы предпочитают приспосабливаться. У меня была маленькая стая — нас можно трепать. Например, с теми же волками маги предпочли договориться, хотя условия, насколько я знаю, выставлены в пользу магов с большим перевесом. Или взять водяных. Срок их жизни около трёхсот лет. Вот и считай: за тысячу лет одна семья забирает, допустим, четверых. Вероятность оказаться тем самым настолько мала, что водяные особо не переживают. Кстати, тебе пора об этом задуматься.
— О похищении?! — я аж подпрыгнула. — Ты как никто другой, на собственной шкуре ощутивший…
Калид уткнулся лбом мне в плечо, и я на полуслове замолчала. Не хватало ещё на эмоциях сказать что-нибудь, что магия воспримет как приказ и заставит выполнять. Нет уж, я обязана быть сдержанной.
— Мне очень неприятно это признавать, но водяной нам нужен. Таскать воду от колодца через половину города не выход.
— Почему половину?
— В элитной части города колодцев нет, они для бедняков, которые не могут себе позволить водопровод.
— Почему бы не потаскать?
Калид мученически вздохнул:
— Лесса, я совершенно не рад предстоящему, но я предпочитаю трезво оценивать свои возможности и в первую очередь думать о тех, за кого я отвечаю. Слух о том, что Тодоры берут воду из колодца, разнесётся моментально. Врагами и недоброжелателями вы уже обзавелись, и для них не составит труда подлить вам отраву. И случайный выбор колодца не спасёт. Специально для вас траванут все.
Бред!
— А люди?!
— Нальют что-то, что действует на магов и безвредно для тех, у кого нет магии в крови.
То есть он предлагает поохотиться на водяного и пойманного заклейми и навсегда приковать к пруду? Не ожидала от Калида. Если отключить эмоции, то он, наверное, скорее прав, чем неправ. Получить сногсшибательную дозу яда мне совершенно не хочется. Вода жизненно необходима. Но и ломать чужую жизнь… не тот путь, которым я собираюсь пойти.
— У тебя в гнезде не было своего водяного?
Калид на секунду застыл, и без того бледное лицо стало совсем белым, на лбу выступили капельки пота. Я догадалась, что Калид пытается сопротивляться. Миг, и он сдался, процедил сквозь зубы:
— Полагаю, водяной там до сих пор.
Я победно улыбнулась: зачем похищать, когда один уже есть?
Только Калид со мной согласен не был:
— Лесса, нет, это сумасшествие. Гнездо наверняка под наблюдением. Соваться туда — самоубийство. Это не город, в котором маги хоть как-то соблюдают правила. Там полное беззаконие.
— Тот водяной, он связан со стаей или с тобой лично?
— Со стаей. Лесса, нет! Забудьте!
— Нет так нет, уговорил, сегодня я никуда не пойду, — мне вчерашнего за глаза хватило.
Сегодня я восстанавливаюсь, читаю гримуар и разбираюсь с хозяйством.
— Лесса, соваться в гнездо самоубийство, — с нажимом повторил Калид.
Тю!
— Связываться с твоей стаей — тоже! Но я почему-то не приказала тебе собрать всех и передать Давенам от моего имени в знак примирения. Или ты полагаешь, я не подумала о такой возможности?
Калид сжал кулаки до побелевших костяшек.
— Вы д-думали…
— Нет, — выдохнула я, как же я не хочу ссориться, — То есть я учитывала, что, теоретически, это один из вариантов, но следовать ему не собиралась. Калид, давай остановимся на том, что сегодня я сижу дома и прихожу в нору, отлёживаюсь? Только совсем дома сидеть, наверное, не получится. Еда ведь нужна?
Сокол кивнул:
— Теперь, когда я официально ваш, выходить в город для меня… не опаснее, чем вместе с тобой, — как забавно у него «ты» и «вы» прыгает, — Да я и не думаю, что Давены себе что-то позволят. Их стиль — нападение под покровом ночи, без свидетелей. Я возьму двоих, и мы слетаем, если вы разрешите.
— Хорошо. Но только при условии, что ты действительно уверен, что проблем быть не должно.
Калид помолчал, поднялся, протянул мне руку:
— Пойдём, я тебе стаю представлю. И… Лесса, как к вам обращаться?
Я с удивлением посмотрела на Калида. Вот же… Сам он мне не представлялся, имя я узнала из клятвы, которую он давал за своих соколов. Моё родовое имя он слышал в банке, а личное до сих пор не знает. И спросил только сейчас, когда для дела понадобилось. Вроде бы логично, но неприятно царапает.
— Лана.
— Лесса Лана, — Калид почему-то улыбнулся
