этикета я на все письма должна отвечать? Мирос достаёт.
— Письмо личное? Тогда отвечать не обязательно. Это, конечно, несколько невежливо, но ты вполне можешь себе подобное небрежение позволить, особенно если формально при встрече извинишься и сошлёшься на дела.
Значит, письмо в топку. В прямом смысле.
Следующим я вскрыла конверт из Ассамблеи, вытащила плотный белый лист, украшенный золотым тиснением. Пропустив приветствия, я сразу перешла к последнему абзацу, вчиталась… Твою же!
— Калид, а нас опередили. Давены, наверное, — я протянула Соколу письмо. — Меня приглашают на встречу глав родов, на официальное знакомство.
Сокол выхватил у меня бумагу, пробежал глазами гораздо быстрее меня и, кажется, собирался скомкать. Сдержался. Убрал приглашение в конверт, конверт отбросил на стол.
— Скорее всего, так и есть. Давены.
— Главы собираются ради меня. Не прийти означает заведомо настроить всех против себя.
— Верно, — казалось, Калид с интересом слушает мои умозаключения и ждёт, какое решение я найду.
Пойти плохо — инициативу я упустила. Не пойти ещё хуже.
— Значит, тебе придётся научить меня всему необходимому, — пожала я плечами, глядя Калиду в глаза.
Он согласно кивнул.
До конца дня под аккомпанемент лекции о том, как выжить в серпентарии «Маград», мы с Соколом, как он выразился, «обустраивали» гнёздышко. Калид справедливо заметил, что оборотни, конечно, могут обитать на перилах террасы и ветках садовых деревьев, но всё же собственная комната предпочтительнее.
Давно пора. Я хотела предложить птицам выбрать понравившиеся комнаты, но Калид отговорил: кто где живёт определяет хозяйка. Более того, расселять оборотней на третьем, жилом, этаже Калид тоже отказался, сказал, что достаточно спаленок на первом. Как по мне, рядом с подсобками и прочими хозяйственными помещениями не комнаты, а каморки, но…
— Я запретил подниматься наверх и спускаться в подвал.
— Почему?
— Безопасность.
Исчерпывающе.
Начали мы с моих комнат. Калид принёс два ведра воды и ящик с артефактами. Мне парень доверил бурдюк с хоботом. Как пользоваться, я уже знаю: наполнить водой, положить на пол, прижать конец хобота к очищаемой поверхности, и волшебство начнётся.
— Лана, а тебе эти шторы очень нужны?
— Ты хотел сказать «гнилые тряпки»? — хмыкнула я.
— Я купил артефакт, позволяющий восстанавливать вещи, но он, во-первых, очень дорогой и, во-вторых, надолго его не хватит. Дешевле новые шторы купить.
— Гнильё на выброс.
Калид сгрёб остатки штор и вынес в коридор. Мусорка у нас оказалась тоже магическая. На полу лежал серый брусок, будто спрессованная в кирпич пыль. Стоило Калиду приблизиться, кирпич ожил. Верхний слой пыли осыпался и закрутился, превратившись в довольно большой смерч. Серый столб вырос Калиду приблизительно до пояса. Выждав секунду, чтобы воронка окончательно стабилизировалась, Калид забросил в неё ком тряпья. Я подспудно ожидала, что шторы упадут на пол, но ком закрутился в на внешнем круге воронки. От тряпок очень быстро стали отрываться мелкие лоскутки, разлетавшиеся на ещё более мелкие обрывки. К основанию смерча мусор спускался уже в виде трухи и прилипал к кирпичу.
— Понравилось? Когда магия иссякнет, брикет достаточно просто зарыть в саду — отличное удобрение.
— Очень нравится! На Землю бы такое, и экология спасена.
— Не выйдет. То есть, скорее всего, сколько-то артефакт успеет переработать до того, как разрушится, но это будет настолько мизерно, что бессмысленно.
— А если наоборот? Сюда мусор переносить? Часть исчезнет, как мой телефон, как платье, в котором я была, а часть доуничтожать как раз таким артефактом?
Калид покачал головой:
— Не уверен. Я не так много знаю о жизни за Границей, но слышал, что речь идёт о миллионах людей и огромных территориях.
— Миллиардах, — поправила я. — Нас больше семи миллиардов.
Сокол взглянул на меня настолько недоверчиво, что я вытащила зеркало, открыла интернет и продемонстрировала Калиду статью «Википедии».
И только, сделав это, осознала, что, раз зеркало предлагает выход не только в инфополе Земли, но и в инфополе Маграда, у меня, наконец, есть потрясающий источник сведений о новом мире!
Калид довольно быстро оправился:
— А нас, в Маграде, считая вообще всех, даже лишённых дара, не наберётся и ста тысяч. Да и территория небольшая. Столица центр, в какую сторону ни пойди, через несколько сотен километров начнётся так называемое «молоко». Очень плотный туман, в котором жить невозможно. Ядовитые пары, от которых так и не нашли защиту, убивают тем быстрее,
