Ведьма для деликатных поручений

будет фамильный склеп с гробами твоей новой семьи…
Глава 23. Побег
Тарелка полетела в стену. Вслед за ней огромная прекрасная ваза, в которой лежали яблоки, переданные мне добрыми тетушками-кухарками с пожеланиями скорейшего выздоровления. На сами яблоки рука у меня не поднялась, зато поднялась на здоровую статуэтку, которую мне прислал лорд Аль, пожелавший поддержать свою студентку. В здравом рассудке я бы этого не сделала. Подарок всё-таки, а в ярости бьющаяся вещь хорошо пошла! В стену.
Мне поставили ультиматум. Я была достаточно разумна, чтобы понимать, что ведьма может желать чего угодно, но совершенно определённо не добра мне и Таирсской династии. Более того, сам способ «вызова» бесил меня до основания. Я ей что, девочка на побегушках?!
Да, и даже не это! Положа руку на сердце, была ещё одна у меня черта, о которой я хорошо знала, и которой любили и умели пользоваться мои друзья и близкие. Я не могла, ничего не могла поделать с собой. Ради самых важных людей, ради близких – я шла на всё. Я готова была сделать всё, что от меня требовалось, но здесь, на Альтане, в действие вступило то, чего никогда не было на Земле – ведьмина сущность. А она, свободная и дикая, требовала послать старую калошу, требующую явиться к ней, подальше. А ещё лучше пойти и накостылять ей.
Разум, конечно, сразу же напомнил, что наша противница вообще-то ведьма, древнее самой Таирсской династии, а сущность сообщила, что мы из другого мира. И вообще она просто ведьма – а я ведьма для деликатных поручений. Много знаю, в том числе и того, что обычно ведьмам не становится известно.
В общем-то, да. Среди всего, что я успела сделать в пансионате, помимо задушевных разговоров, были и редкие просьбы от Дайре. В частности одна из них звучала весьма интригующим образом – не дать состояться свадьбе.
Девушка не имела опекуна, поэтому ничего не могла поделать с тем, что человек, который сделал ей предложение, был не её уровня. Он был богаче, а она хоть и аристократкой, но всё же из обедневшего рода. И совет лордов её территорий согласен был отдать девушку за этого купца. На взятки там ушло немало, Дайре знал точно.
Ситуация была похоже на ситуацию с Реей, но там достаточно было капнуть на мозги Вайрису, чтобы он присмотрел за младшей двоюродной сестрой, и тот занялся делом. Познакомиться с Реей он отказался, там точно было что-то в делах семейных и всех этих тайнах с родословных, но надежные тылы своей будущей фрейлине я обеспечила.
Каролина дель Сайнат – графиня Сайнатская – была моей «жертвой». Мне следовало аккуратно выяснить, хочет ли она сама выходить замуж за купца Райнсен. Если да, можно было уже не вмешиваться. Если нет – надо было аккуратно найти крючок, за который подцепить, чтобы вытащить на берег рыбку.
Леди могла не выходить замуж за человека, который ей назначался, в том случае, если у неё была соответствующая бумага, говорящая о том, что брак имеет какое-то значение для короля или принцев. Собственно, как принцесса Таирсского дома такую бумагу могла составить и я. Но! Принцесса ещё не была представлена широкой общественности, и даже слухи обо мне ещё не курсировали по Таиру.
Итак, подобную бумагу мне дал Дайре.
О благотворительности в аристократических кругах и речи идти не могло. Поэтому мне вменялось, как специалистке в решении подобных деликатных задач определить истинные чувства графини Сайнатской, и в случае, если всё же бумага имела ценность – выменять её на что-то полезное.
Если бы я была принцессой всем известной, я могла бы решить ситуацию куда более простым методом – просто взять Каролину в свои фрейлины. Но… пришлось ситуацию решать методом более грубым и точным – лезть со скальпелем в чужую душу.
Полезла.
Как выяснилось, девушка замуж за купца не хотела, а потому на бумагу обменяла одно из заклинаний своей семьи. Она просто его воспроизвела, даже не произнося вслух заклинание. Но я-то увидела графический узор! И… запомнила его.
Ситуация решилась тогда к выгоде всех сторон. Каролина получила гербовую бумагу, что её брак утверждается короной, то если не получи она благословения от короля – никакого брака. А на грозящий ей мезальянс такого благословения дядя Хиль не дал бы. Дайре не допустил во власть проворовавшегося купца, приторговывающего из-под полы запрещенной к распространению Чёрной смертью. Алхимическим составом, который в моём родном мире назвали бы наркотиком.
Ну, а самой везучей в ситуации оказалась я – хозяйкой заклинания, которое называли в семье графини по-эльфийски ласково: «Мягкая смерть крадущейся походкой снежной пантеры спускающаяся по лунному лучу». Похорошело? Во-во. Мне тоже.
Но дальше оказалось куда интереснее! Заклинание