Ведьма для деликатных поручений

который стал моим третьим призрачным покровителем! Что задумал Кайзер?! Ради чего вокруг моей скромной персоны появились такие силы?!
Следом за Раулем мне представили мужчину с каштановыми волосами, который назвал Дайре романтиком в подслушанном мной разговоре. Выяснилось, что это у нас Натан де Шутгардский, барон Шутгарда. И… судя по тому, какие черты прослеживались в лице Натана – это был один из моих братьев в том числе.
На другой стороне стола следом за Лисом мне представили остальных мужчин.
Обаятельного блондина звали Вайрис фон Майгард, маркиз Ленский. И заведовал этот молодой мужчина магией и наукой в королевстве. Подмигнув мне, Вайрис создал между пальцев белую фиалку, которую мне и вручил. А в моих руках цветочек дрогнул, потёк, меняя свою форму, и остался изящной заколкой, за которую принца я искренне поблагодарила.
Рядом с Вайрисом сидел Аэрис фон Шварц, граф Веззорский, он же глава финансового департамента.
Итак, считая очаровательного кроху Арчибальда – это всё были мои братья… Уже, вне зависимости от их желания – мои самые настоящие братья, потому что магия признала меня своей… Оставалось прояснить только вопрос с Лисом, потому что он трижды умудрился заявить, что не признает меня своей сестрой, и все три раза при этом у него были свидетели. И чем я ему так не угодила? Ууу! На него.
– А теперь, – дядя взглянул на меня с тёплой отеческой улыбкой. – Я представляю вам ребята нашу леди. Вероника Петровна, урождённая Белова, теперь маркиза де Лили, хозяйка бухты Сирен и принцесса Таирсская. И, позвольте, скажу вам кое-что ещё, прежде чем вы, ребята, не всегда сдержанные на язык, скажете лишнее. Леди уже принята призраками рода. И она уже принцесса Таирсская, она уже под охраной нашего рода. Итак, Ника, – обратился он ко мне, – что-нибудь сказать хочешь?
– Ага, – кивнула я, – очень.
Поднявшись, я посмотрела на мужчин, которых мне предстояло видеть теперь очень-очень много лет. С кем-то дружить, кого-то, скосила я взгляд на Аэриса, лучше избегать, иначе ничего хорошего не получится. Кого-то, как Лиса, ненавидеть, кого-то, как Рауля любить. Но в любом случае, было то, что сказать этим всем парням было необходимо.
Ухмыльнувшись, я чётко сказала:
– Ребята, вы меня простите, я вам сейчас разрушу устоявшийся шаблон. Но я не глупая домашняя курица, которую можно задвинуть в стороночку и сделать вид, что нет человека – нет проблемы. Я не кукла, которую можно заткнуть, завалив платьями, цветами, драгоценностями. Можете считать меня невоспитанной дикаркой. Можете сразу попробовать понять, что я человек другого мира и воспитана в совсем других правилах и устоях. У меня на всё есть своё мнение, я умею думать, анализировать и поступать так, как я решу, как я захочу. И да, я не постесняюсь защищать свое мнение, когда кулаками, а когда и магией, так что ли если вы против меня уже решили плести свои планы, то закатайте губу обратно! Ни-че-го у вас не получится!
После этих слов ужина не состоялось.
Лис, заржав как лошадь, свалил из гостиной, сославшись на какие-то дела. Дайре кусал губу, потом не выдержал и захохотал тоже, поцеловав меня в висок и сообщив, что мной гордится.
Когда то же самое проделал и дядя, нервы у остальных принцев сдали, и они очень быстро распрощались, сбежав по «неотложным делам и очень важным обстоятельствам». А я, объевшись как колобок, уснула в коляске по пути домой, на плече у Дайре. В корзинке у моих ног спал белый карапуз-щенок, которого мне вручил брат, сказав, что лишним не будет.
Завтра на рассвете, мне предстояло отбыть в пансионат…
Глава 10. Заповедный лес
Коляска мчалась по дороге, без остановок и промедлений. Щенок, которого, не долго думая, я назвала Солнышком, дрых беззаботно на соседнем сидении с моим, всё в той же корзине. За пару часов с ночи этот комок пушистой шерсти прибавил в размерах, но меня это совершенно не удивило. Хотя, что именно это за зверь, я так и не узнала.
Когда рано утром я уезжала, чтобы к ночи добраться до пансионата, Дайре провожать меня не пришёл. Не появился во дворе замка и король.
Хотя оба и собирались появиться, по крайней мере, об этом они говорили, всё же своё обещание они нарушили. А может быть, всё дело в том, что никакого обещания особого то и не было?
Одним словом, коляска отправилась в путь задолго до того, как кто-то из аристократии проснулся бы! Рассвет ещё только набросил на окружающий мир серое полотно грядущего яркого света. Мисси сонно тёрла глаза, и долго не выдержала – уснула в коляске спустя полчаса после того, как мы отъехали от особняка, дав мне возможность себя рассмотреть.
Итак, моя личная горничная была миловидна, и, когда не отводила от меня взгляда, а сладко спала