Поздней ночью в дом семьи Олгудов врываются вооруженные люди и арестовывают брата и сестру, Уита и Уисти. По всей стране похищены тысячи молодых людей, судьба их неизвестна. Так же бесследно исчезла возлюбленная Уита. Но если неизвестность оставляет надежду, то будущее Уита и Уисти уже определено. Их казнят. Потому что они — Колдун и Ведьма!
Авторы: Джеймс Паттерсон, Шарбонне Габриэль
он сердито уставился на нас.
За нашими спинами стояли взрослые, пришедшие поглазеть на судебное заседание. Я обернулся, чтобы получше рассмотреть толпу. У тех нескольких человек, которые смотрели на меня, были холодные, полные ненависти глаза.
Я отер лоб рукой. Судья злобно зачитал целую кучу какой-то чепухи, сформулированной на юридическом языке.
Я пристально вглядывался в лица присяжных: кто-нибудь должен пожалеть двоих детей, у которых такой голодный и грязный вид? Детей в наручниках, запертых в клетке, без адвоката.
Но на их ледяных лицах застыло осуждение. Как будто им заплатили за нелюбовь к нам. Может, над нашими головами светилась какая-нибудь неоновая вывеска, как на некоторых телешоу, только на сей раз призывающая: «Ругайте!»
— Что мы сделали? — внезапно спросила Уисти. — Просто скажите нам. В чем нас обвиняют?
— Молчать! — закричал судья. — Ты, наглая девчонка! Ты — самая страшная угроза всему правильному и хорошему. Нам известно об этом от свидетелей-полицейских, наблюдавших, как ты недавно упражнялась в своем темном искусстве. Нам известно об этом благодаря многочисленным расследованиям, проведенным Агентством по Расследованиям и Безопасности Нового Порядка, но, главным образом, из Пророчества.
У меня челюсть отвисла, когда я увидела, как присяжные кивают.
— Пророчества? — фыркнул я. — Могу заверить вас: мы с сестрой в Библии не упомянуты. Вернитесь к реальности, Иезекиль.
Собравшиеся в зале суда разом вздохнули.
— Святотатец! — закричала какая-то женщина и погрозила нам кулаком.
Судебный пристав устремился ко мне с дубинкой наперевес. Брови мои взметнулись вверх, я сделал вид, будто мне страшно.
«Я в клетке, придурок. Решетка работает в обе стороны».
Судья Злобс между тем продолжал:
— Вследствие этого, основываясь на неопровержимых уликах…
— Слушайте, каковы бы ни были обвинения, мы заявляем, что невиновны! — Я ухватился за прутья клетки, невзирая на наручники, и стал изо всех сил трясти их.
Полагаю, не самое умное решение.
Хрясь! Судебный пристав ударил меня дубинкой по костяшкам пальцев. Уисти ахнула, а я едва смог сдержать крик боли.
Тот, Кто Судит буквально выпрыгнул из своего кресла, перегнулся через стол и оказался передо мной на расстоянии плевка.
— Правильно, так и надо с этими паразитами! Отличная работа, пристав! Только так и можно обращаться с подобными негодяями! Поскупишься на удар — развратишь выродков!
Лицо его покрылось красными и белыми пятнами, глаза выпучились, словно вот-вот готовы были выскочить из орбит.
— Что вы ответите на эти обвинения?! — крикнул он нам.
Ошеломленные, мы с Уисти в один голос выпалили:
— Невиновны!
Судья отвернулся от нас.
— Господа присяжные, этим своим заявлением обвиняемые явно выказывают презрение к вашей воле и задачам суда. Они над нами издеваются. Они пытаются попрать правила славного Нового Порядка! Я спрашиваю вас: каков ваш вердикт?
— Что?! — завопил я из клетки. — И это суд?
— Вы, должно быть, шутите! — крикнула Уисти. — Так нечестно!
«Хрясь!» — пошла плясать дубинка пристава. «Хрясь! Хрясь! Хрясь!»
Уит
Это безумие совершилось слишком быстро.
Во время обычных, законных судебных заседаний один из присяжных встает и зачитывает вердикт по листочку, который нередко дрожит в его руке. Но это была пародия на суд. Присяжные просто выставили вперед кулаки. На наших глазах мужчины, один за другим, повернули руки большими пальцами вниз. Все. Единогласно.
Конечно же, в обычных судебных заседаниях всегда принимают участие адвокаты, слушания развиваются в соответствии с определенной процедурой и принципами: например, обвиняемый считается невиновным до тех пор, пока его вина не доказана, и все такое прочее. Но — добро пожаловать в Новый Мировой Порядок. Видимо, дело в этом.
Судья Злобс с такой силой ударил своим молотком, что мы с Уисти подпрыгнули.
— Виновны! — прорычал он, и у меня перехватило дыхание. — Ты, Уистерия Олгуд, волею Нового Порядка объявляешься ведьмой! Ты, Уитфорд Олгуд, объявляешься колдуном!
Нам с Уисти оставалось лишь изумленно глазеть на него, не веря собственным ушам. Однако самую лучшую фразу он приберег для нас напоследок.
— Вы оба приговариваетесь к смерти через повешение.
Уисти
К смерти через повешение? Этого не может быть.
В ушах у меня загудело.
Этого не может быть. Такого не бывает. Вероятно, нам снится кошмар.
Дыхание перехватило. Перед глазами все позеленело и поплыло.
Потом я
