…Что можно получить, совершив доброе дело? Например — благодарность. Или — похвалу. А может — просто хорошее настроение. Но это если все пойдет так, как у людей водится. Но если нет… Вот Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер.
Авторы: Васильев Андрей
Уверен, что еще увидимся.
— Жизнь — странная штука, — расплывчато сказал я, но руку ему пожал.
— И вот еще — карточку мою возьми. — В пальцах следака, как из воздуха, появился белый прямоугольник. — Звони, когда совсем прижмет. А лучше — не дожидаясь этого.
Волконский переводил взгляд с моего лица на лицо гэсэушника, как видно, делая свои выводы из услышанного. Не очень верные, разумеется.
— Думаю, до этого не дойдет.
Нифонтов ничего не сказал, Мезенцева же после моих последних слов звонко засмеялась, похлопала меня по плечу и поспешила за напарником.
— Я провожу, — сказал им вслед Волконский и тоже вышел из переговорной.
Визитка была самая что ни на есть обычная, из недорогих, без золотого тиснения и прочих изысков. Да и не очень содержательная. «Нифонтов Николай Андреевич, старший лейтенант. Отдел 15-К при ГСУ ГУ МВД РФ по городу Москве». И телефон. Всего один, мобильный. Даже городского нет.
Но я как-то занервничал. Одно дело, когда вся эта чертовщина вертится только вокруг меня, и совсем другое, если сюда влезают структуры власти, пусть даже и в виде двух лейтенантов. Это они сейчас добрые и улыбчивые, а потом могут и зубы показать.
И тут я снова пожалел, что проявил вчера сознательную гражданскую позицию. Вот оно мне было надо? Сейчас бы сидел, работал себе спокойно, а не рыскал по Сети в поисках информации об этом самом отделе 15-К.
Что интересно — молчала Сеть. Ничего я не нашел, вот какая штука, будто и не было этого отдела вовсе, что странно. Даже на сайте ГСУ про него ни слова не оказалось.
Может, это не менты были? Тогда непонятно, почему Анна так в лице поменялась, с кем-то там поговорив по телефону.
А может, это вовсе чекисты, а не гэсэушники? Тогда многое становится понятно.
Помучившись таким образом еще часок, я плюнул на все и пошел к Немировой.
Та сидела в своем кабинете и лениво ковыряла вилкой какую-то несъедобную мешанину, находящуюся в пластиковом корытце.
— Тук-тук, — сказал я, входя в ее кабинет. — Не помешал? Питаешься?
Немирова без особой симпатии глянула на меня.
— Как ты только это ешь? — предпочел я не заметить этого взгляда.
— С отвращением, — сказала та, подумала немного и добавила: — По Дюкану.
Фамилию эту я слышал. У нас почти все девчонки рано или поздно садились на те или иные диеты. Периодически даже толк от этого был, потому как не все диеты являются профанацией, про того же Дюкана я много доброго от них слышал. Но только все равно до ума никто ничего не доводил ни разу. Девчули, скинув первые полтора-два кило, собой очень гордились и немедленно начинали упархивать в грезы о белоснежных пляжных песках и восхитительно бесстыдных бикини. Вот стоят они, нежась в жадных мужских взглядах, и каждое ребрышко у них видно, и животик плоский. А после приходит он!
Собственно, на мечтах все и кончалось. Впечатлившись собственной выдержкой и убедившись в том, что диета работает, девочки при первой же формальной возможности устраивали коллективный набег на арбатские фастфуды, благо недостатка в них не было. Мол, сегодня съем, а завтра сброшу. Первое выполнялось всегда, второе — никогда.
— Да тебе-то зачем? — с возмущением и вытаращив глаза, спросил я. — Ты ж и так как тростиночка, все при всем…
— Смолин, не буди во мне зверя, — посоветовала мне Анна. — Я про себя все знаю, а твое мнение вообще не рассматривается как компетентное. Зачем пришел?
Чего это не рассматривается? Я что, пластиковый Кен, существо без половых признаков? Даже обидно, честное слово.
— Вот и зря ты так, — пошаркал ногой по полу я. — Это точка зрения независимого эксперта.
Анна воткнула вилку в несъедобную на вид пищу, сложила руки на столе, как прилежная ученица, и уставилась на меня.
— Понял. — Я выставил ладони перед собой. — Вопрос — что за отдел 15-К такой, ну, из которого эти двое были? Ты же все знаешь? И про них наверняка слышала.
— Не слышала, — моментально ответила Немирова.
Настолько моментально, что я понял — она врет.
— Ань? — попробовал усовестить ее я. — Да ладно?
— Сказано — не слышала я про них ничего. — Взгляд Анны потяжелел. — Мало ли в системе разных отделов и управлений, все знать невозможно. И вообще — у меня обед. Вали отсюда, Смолин. Брысь!
Прямо как кота какого-то шуганула.
И все-таки что это за отдел, если даже наша Немирова, которая вообще ничего на этом свете не боится, про него говорить не хочет?
Неужели и правда в системе МВД есть подразделение, которое занимается паранормальными явлениями? Если да, то я в каком-то смысле буду даже счастлив, поскольку смогу сказать, что теперь видел все. Согласитесь, не каждый на этой планете
