…Что можно получить, совершив доброе дело? Например — благодарность. Или — похвалу. А может — просто хорошее настроение. Но это если все пойдет так, как у людей водится. Но если нет… Вот Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер.
Авторы: Васильев Андрей
В смысле — хорошенький настолько, что в нем не жить, его скушать хочется.
Проржавленные жестяные листы на крыше заменил благородный темно-багровый шиндель, стены одеты в радующий глаз светло-желтый сайдинг с симпатичными коричневыми вставками. И на левую сторону здание больше не косилось, ибо фундамент подправили.
Дом как-то даже выше стал. Хотя, может, и стал, фиг его знает.
Этих ребят в телевизор надо отправлять, вот что я вам скажу. В программу «Дачный вопрос».
Кстати — тоже верно. Надо будет уточнить, устранены ли проблемы с проводкой, и, если да, то спутниковой антенной озаботиться. А перед этим сгонять в Можайск и техникой закупиться разной — «телик» там, кофемашина немудрящая, может, микроволновка…
Да, надо бы еще как-то порешать вопрос с оплатой за электричество. Странно, что до сих пор меня вообще от него не отключили, там, небось, долга наросло будь здоров сколько. Правда, формально я никто, дом-то занят явочным характером. Но это не страшно. Взятки в России пока никто не отменял, авось, порешаю вопрос, в крайнем случае, пущу в ход свое благоприобретенное умение убеждения. Так сказать — практическую магию. При ее помощи и сварганю быстренько договор купли-продажи. Надо только паспортные данные покойного ведьмака разузнать, наверняка в доме какие-то бумаги остались.
— О, хозяин! — обрадовался один из рабочих, заметив меня. — А наш шеф как раз собирался тебе завтра звонить. Мы, по сути, закончили, остались мелкие доделки.
— Привет. — Я протянул мастеру руку. — Нет слов, парни. Нет слов. Красота какая!
— Первостатейная, — с достоинством подтвердил тот. — Материал хороший — и вид хороший. На таких вещах лучше не экономить, так я считаю.
— Вот только забор, — кивнул я на новоделку. — Вроде бы мы о нем не договаривались?
— Это с шефом говорить надо, — сразу открестился работяга. — Всё с ним. Наше дело телячье — обделался и стой. Пойду, мне еще площадку для септика копать, мы его «на сладкое» оставили.
Он задержал взгляд на моем лице, и, несомненно, остался увиденным недоволен.
— Септик, — через секунду повторил мастер. — На сладкое.
— И? — уточнил я.
— Септик — он для дерьма, — терпеливо объяснил рабочий. — Понимаешь? И — на сладкое.
— Шутка юмора, — облегченно вздохнул я. — Да, смешно. Я просто сразу не понял.
— Хочу осенью в «Открытый микрофон» сходить, — приосанился парень — Попробоваться. Стенд-ап, то-сё… За меня мою жизнь никто не проживет.
— А вот это хорошая фраза, — одобрил я. — Очень правильная.
— Не то слово, — подтвердила Жанна. — Утверждаю как специалист по глупым смертям. Ой, яблоня! У нас дома во дворе тоже яблоня была!
И она усвистела в сад, следом за рабочим.
Вот ведь. У всех есть цель в жизни. У этого парня — попасть на ТНТ, у Ряжской — мировое господство, Вагнер спит и видит, как бы ему для начала акции у семьи Арвенов отжать, и даже Жанна стремится узнать, что такое «озубочек». Один я не знаю, чего хочу. Нет, есть цель выжить в столкновении с наследником Кащея, прости Господи, Бессмертного, но как главное устремление в жизни данное желание рассматривать не очень правильно.
Вот и выходит, что плаваю я пока, как десерт в этом самом септике. Так себе шутка, но для «стенд-апа» сгодится. Надо будет ее работяге подарить, если не забуду.
Хотя — нет. Наговариваю я на себя. Год назад у меня вообще никаких устремлений не имелось, я просто плыл по течению и был этому рад. А сейчас потихоньку выгребаю на середину реки, борясь с прибрежною волною. Хоть как-то барахтаюсь, и это уже что-то.
Мысленно погладив себя по голове, я вошел в дом и удовлетворенно вздохнул. Ну вот, теперь тут можно жить. Уже не сарай с затхлым запахом, уже вполне себе комфортное обиталище для современного ведьмака.
Стены были отделаны золотистой вагонкой, потолок укрепили толстенным брусом, на чердак вела новая и надежная лестница, на стенах красовались новенькие французские розетки, как раз там, где мы их с братаном Валерой и разметили. Из того, что здесь имелось раньше, осталась только печка, но уже не закопченная, а сияющая новенькой побелкой.
А еще они очень по уму отгородили уголок, по сути, сделав еще одну маленькую комнату, в которой теперь красовались раковина и унитаз. Душевую кабину я сразу отмел как таковую, нечего ей в деревянном доме делать. Лучше пусть и впрямь мне баньку сварганят в дальнем углу участка. Будут браты-ведьмаки приезжать, будем с ними париться и пугать местных ведьм нашими красными рожами. И еще кое-чем.
Ну и еще куча хлама, который был свален в одном из углов. Впрочем — вру. Аккуратно сложен. Надеюсь, они травы сушеные туда не отправили? Тут от прежнего хозяина такой
