…Что можно получить, совершив доброе дело? Например — благодарность. Или — похвалу. А может — просто хорошее настроение. Но это если все пойдет так, как у людей водится. Но если нет… Вот Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер.
Авторы: Васильев Андрей
сосед соседку просит что-то узнать, неужто она ему не поможет?
— Да. — Я с жалостью посмотрел на Маринку. — А вам этот лесной хозяин почему помог? Вы же ему не сосед.
— Скажем так — у нас есть общие знакомые, — пояснил он. — Мы ему друзья друзей. Кстати, теперь этого леса можешь больше не бояться, он тебя запомнил. А еще лучше — в следующий раз прихвати с собой хлеба, желательно черного, круглого, как у меня был, и с поклоном лесного хозяина угости. Но ничего не проси на первый раз, это важно. Поверь, пригодится.
— Да я в этот лес больше ни ногой! — даже замахал руками я. — Ну на фиг!
— Не говори «гоп», — посоветовал мне Нифонтов. — Не надо.
Вскоре мы выехали на дорогу, а после — и на Минку.
— Я бы поел, — сообщил нам Николай минут через двадцать после этого. — Вы как?
— Кофе хочу, — сказала Мезенцева и передернула плечами. — Продрогла я в этом лесу.
— Только за, — поддержал ее я.
Маринка промолчала.
— Большинством голосов, — подытожил Нифонтов и свернул к заправке, над которой виднелись большие светящиеся буквы, складывающиеся в слово Sab.
В закусочной оказалось неожиданно уютно. Ну, насколько это слово вообще может быть применимо к закусочной при заправке.
Там стояло штук пять круглых столиков со стульями и три прямоугольных, с диванчиками. Вот за одним из прямоугольных столов, расположенных возле окна, мы и устроились.
— И никого, — удовлетворенно заметила Мезенцева, снимая легкую курточку. — Как по заказу.
— Так ночь. Суббота, — посмотрел на нее Нифонтов. — Все на дачах. А дальнобойщики в такие заведения не ходят, они им неинтересны, здесь ни пельменей, ни борща.
— Кто что будет? — деловито поинтересовался я, даже не присаживаясь. — Говорите и не стесняйтесь, я угощаю. По сути, у меня сегодня второй день рождения.
— Поесть — на твое усмотрение, — не стал чиниться оперативник. — Возьми пару любых сандвичей, соуса и овощей не нужно. Чай — черный. И сахара побольше.
— Кофе, — буркнула Маринка. — Капучино. Большой. Еды не надо.
— А я с тобой пойду, — поднялась из-за стола Мезенцева. — Там выберу. Ну и подносы помогу донести, одним-то тут не обойдемся.
Когда заказывал еду, думал, что кусок в горло не полезет, но стоило мне только откусить кусок сандвича, и я тут же понял, насколько голоден.
— Пробрало? — понимающе улыбнулся Нифонтов, размешивая сахар в чае. — Это всегда так. Отходняк, обычное дело. Еще сладкое хорошо после подобных стрессов.
— Водки хорошо бы после подобных стрессов. — Маринка отпила кофе, на лбу у нее билась синяя жилка, под глазами обозначились тени. — Это да.
— Держи. — Мезенцева пошарила в кармане куртки, лежавшей рядом с ней, и достала конфету в пестром фантике. — Вкусная. «Озеро Рица» называется. Это лучше водки, как по мне.
— Странное название, — удивился я. — А что, на самом деле есть такое озеро?
— В Абхазии, — ответил мне Нифонтов, внимательно смотрящий на Маринку, которая конфету взяла, но есть не стала. — Вода в нем кристально чистая, ей аналогов в мире почти не имеется.
Маринка зевнула раз, зевнула два, поставила стаканчик с кофе на стол и прикрыла глаза. А через пару минут и вовсе заснула.
— Вот и славно. — Оперативник кивнул Мезенцевой, та недовольно нахмурилась, после скатала свою куртку в подобие подушки и подложила Маринке под голову.
— Пусть поспит, — сказал мне Нифонтов. — Ей это сейчас не лишним будет. Ну и потом, ее профессия предполагает, что любая полученная информация должна пойти в дело. Особых секретов у меня нет, но и к обнародованию того, о чем у нас с тобой пойдет речь, я не стремлюсь.
— Снотворное? — догадался я и уставился на Мезенцеву.
— Ага, — безмятежно ответила та, откусила сразу половинку круглой печеньки с черными вкраплениями шоколада, она их много купила. — Мне для хорошего человека никогда его не жалко.
Она запила печеньку кофе и от удовольствия даже прикрыла свои шалые зеленые глаза. Было видно, что ей очень хорошо.
Странно прозвучит, но сейчас она мне даже нравилась, несмотря на то, что при первой встрече возникло совершенно противоположное чувство. Нет, видно, что она оторва, каких поискать, но что-то такое в ней есть. Маленькая, мне по плечо, рыжеволосая, белолицая, с зелеными круглыми глазами, с высокой грудью, она была как сгусток энергии. И добавьте сюда пистолет на поясе, да еще и в открытой кобуре, который она даже и не думала как-то скрывать. Полусонный работник закусочной, когда формировал заказ, то и дело косился то на него, то на нее, то на меня, как видно гадая, кем мы с Евгенией являемся.
