…Что можно получить, совершив доброе дело? Например — благодарность. Или — похвалу. А может — просто хорошее настроение. Но это если все пойдет так, как у людей водится. Но если нет… Вот Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер.
Авторы: Васильев Андрей
всего это по звуку напоминало подзатыльник.
— Ай! — взвизгнул Родька. — Больно же, Вавила Силыч! Да говорю, говорю. Тут какие-то двое в дом наш залезть хотели, у двери копошились, железки в замок пихали! Сами чернявые, в куртках коротких, и матерятся через слово, причем умело так. Варнаки, короче.
— Новое дело, — озадачился я и тут же поймал внимательный взгляд Нифонтова. — Коль, у меня квартиру вскрыть пытались.
— И вскрыли? — уточнил оперативник.
— Так понял, что нет, — ответил я и адресовал тот же вопрос слуге: — Копались, и чего?
— Ну… — замычал было слуга, но Вавила Силыч, похоже, стоявший рядом, снова взбодрил его. — Короче, у подъездных такая штука есть, шнурок електрический. Он одним концом, значит, в розетку втыкается, а с другого проволочки голенькие торчат. Против, значит, как раз таких лиходеев. Еще с того века он у них лежит, с лихолетья, как Кузьмич сказал. Вот мы втроем этот шнурок в ход и пустили. Там один как раз замок ковырял железочкой длинной, к ней, стало быть, електричество подвели. Так его затрясло всего так, что ужас просто. В дугу выгнуло!
— Молодцы, — похвалил я его. — Правильно действовали, по уму. Чего же тут виноватиться?
— Так это… — засопел Родька. — Хитник как отдергался, так на ногах и не удержался, да с лестницы кубарем полетел. Убился он, похоже. Насмерть. Его товарищ на себе из подъезда вытаскивал, на плечах. В машину уложил, после уехал.
— И черт с ним, — оборвал его я. — Труп на лестнице не валяется — уже хорошо. А этим вперед наука. Так что — хвалю за сообразительность и решительность.
— Я такой, — немедленно приободрился Родька. — Я могу. Знаешь, хозяин, мы как только этих лиходеев увидели, я сразу Вавиле сказал — надо их от дома нашего отвадить. Ружжа нет, но мы их по-другому! Да и не простой это проводок, там не только сила електрическая имеется, но и кое-что еще!
— Понеслась телега по кочкам. — Я глянул на оперативника и отрицательно покачал головой, давая понять, что все в порядке. — Значит так, Родион. Меня несколько дней не будет, сохранность дома на тебе. По чужим квартирам не шастать, телевизор целыми днями не смотреть. Ясно?
— А если еда кончится? — опасливо поинтересовался он. — И тогда никуда не вылезать?
— Голубя поймай и сожри! — рявкнул я. — А лучше нескольких, тебе все жильцы только спасибо скажут. Эти твари каждое утро по отливу топочут, да еще и урчат. Соли у нас запас большой, где сковородка лежит, ты знаешь.
— Суров, — сообщил Женьке Нифонтов, даже изобразил аплодисменты.
— Вавиле Силычу поклон, — продолжил я. — И смотри у меня!
— Смотрю, — пискнул слуга и, похоже, нажал кнопку «отбой».
— Может, заехать к нему, продуктов завезти? — вдруг спросила Мезенцева. — Ну не голубей же ему, в самом деле, есть?
— А? — опешил я. Каких эмоций за последние часы я только ни испытал, но удивление — впервые. — Ты сейчас серьезно?
— Твой домашний любимец поганка еще та, это есть, — отведя глаза в сторону, пробубнила Женька. — Но он же живой. Ему теперь что, с голоду пухнуть? Он ведь на самом деле из дома ни на минуту не уйдет, подчинение хозяину есть его суть.
— Жень, у этого куркуля по уголкам и закуткам столько харчей припасено, что в нашей квартире можно ядерную зиму пересидеть, — рассмеялся я. — Одних круп на тонну, если не меньше. Чудо, что мыши до сих пор не завелись. Видела бы ты, какой склад он на антресолях устроил! У меня там кроме новогодней пластмассовой елки сроду ничего не лежало, а теперь и сахарок, и пшено, и гречка, и… Я сам не знаю, что еще, но оно там есть!
Слава богу, разговорил вроде. Хоть, конечно, между нами все и закончено, но это не повод друг на друга крыситься? Были любовниками, станем приятелями, одно другого не отрицает.
— Кто это был? — влез в разговор Нифонтов. — Он их разглядел?
Я пересказал все, что услышал.
— Молодец твой Родион, — похвалил в итоге Николай слугу. — И информация хорошая, полезная. Кусочек для паззла. Вот как его весь сложим, так до цели и доберемся. Кто доживет, понятное дело.
— Звучит оптимистично, — вздохнул я. — Бодро. Умеешь ты мотивировать. Если из органов погонят, можешь даже онлайн-курсы вести по данной теме.
Мезенцева хихикнула, но тут же снова придала лицу хмурое выражение.
— Держи, — подошел к нам Стас и протянул мне светло-серую футболку. — Должна быть впору. Ты, кстати, жирок-то за полгода хорошо растряс, молодец. Переодевайся, да погнали, чего ждать? Скоро планктон на работу поедет, нет у меня желания в пробках стоять. Мне бы уж хоть куда-то приехать да кости бросить. Там толком не спал из-за разницы во времени, и тут тоже все не слава богу.
— Ты на колесах? — уточнил у него Нифонтов
