…Что можно получить, совершив доброе дело? Например — благодарность. Или — похвалу. А может — просто хорошее настроение. Но это если все пойдет так, как у людей водится. Но если нет… Вот Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер.
Авторы: Васильев Андрей
хмуро выполнил я поручение колдуна. — Если пойдешь дальше, то он тебя убьет.
— Штаны сухие, — потрогал ширинку Николай. — Значит, не испугался. Что еще?
Пискнула трубка, сообщая о том, что поступило сообщение.
— А еще вот номер машины и места, где она припаркована, — показал я трубку присутствующим. — Она теперь твоя, Стас. Это тебе подарок от нашего друга. Ключи в замке, владей и катайся.
— Щедрый какой, — фыркнул полицейский. — Но пусть будет. Я, как мы свое дело сделаем, его труп хлорочкой посыплю, в полиэтилен закатаю, в багажник уберу, отгоню эту машинку верст за сто от столицы, и в каком-нибудь озере покрупнее ее утоплю. И все останутся довольны.
— Если бы все было так просто, — вздохнул Николай. — Ладно, пошли на улицу, покурим. Сашка, ты с нами?
— Само собой, — поднялся я из-за стола, представляя, как сейчас смеется над нашими наивными действиями и словами мой враг. — Надо свежего воздуху глотнуть.
— А теперь все в деталях, — сухо скомандовал мне сотрудник Отдела, как только мы вышли из дома. — Дословно!
— Он точно нас сейчас не видит? — деловито поинтересовался полицейский, озираясь. — Вон та ворона какая-то подозрительная. Чего она башкой крутит?
— Стас, с ума не сходи — покрутил пальцем у виска Николай. — Ну да, случается, перекидываются люди в птиц или животных, но ради наших секретов никто таким заниматься не станет. Это себе дороже может выйти.
— Но там-то он что-то учудил, — потыкал пальцем Стас в сторону входа в дом.
— Где-то стоит «темный глаз», — пояснил Нифонтов. — Заклинание сложное, затратное, но действенное. Потом Вику надо сюда направить, пусть она его снимет.
Из дома вышел Имран Салманович и приблизился к нам.
— Тот, кто приходил — он ведь не человек? — решительно спросил он у нас. — Ведь так? Я хотел бы знать правду.
— Не совсем, — выдержав паузу, все же ответил Нифонтов. — Что-то людское в нем еще осталось.
— Даже могу сказать, что именно, — хмуро продолжил я. — Мстительность. Вам лучше бы уехать из города, и желательно куда подальше. Он не очень доволен тем, как все вышло, поэтому может устроить какую-нибудь гадость. И охрана вам не поможет, поверьте.
— Так и думал, — глубоко вздохнул мужчина. — Я стар, но еще умею связывать факты воедино. Еще один вопрос — он как-то связан со смертью моего сына?
— Нет, — покачал головой Николай. — Никак. Ваш сын умер исключительно из-за собственной самоуверенности и жажды власти. И я даже извиняться за свои слова не стану, потому что все обстоит именно так. Он хотел получить то, что ему не принадлежит, и слишком далеко зашел в своих действиях. Есть вещи, которые не предназначены для всех, ему об этом говорили, его не раз предупреждали, но он был глух. Вот результат.
— Руслан никогда не терпел запретов и ограничений, — опустил глаза Арвен. — Да, извинения тут ни к чему, за правду прощения не просят. Я вас оставлю на некоторое время, мне надо сказать Лиане, что мы уезжаем.
Пользуясь моментом, я наконец-то рассказал своим приятелям всё, что говорил колдун, и их услышанное не порадовало.
— Из одной задницы в другую, — сплюнул Стас. — Коль, что он мог иметь в виду, говоря о егерях?
— А я откуда знаю? — даже удивился оперативник. — Вот ты спросил! Поживем — увидим.
— Если это будет что-то очень резкое, то, возможно, и не поживем, — мрачно напророчил Стас. — Или не переживем. Да елки-палки, может, тоже свалить из Москвы куда подальше? В Калининград, или на Ямал. У меня там армейские кореша проживают, тоже по нашему ведомству служат. Всяко схорониться помогут.
— Валяй, — согласился Николай. — Ты в эту замотку случайно влип, по сути, претензий к тебе нет и быть не может. Одна благодарность. Если бы не ты, то Сашка сейчас мог бы с незапланированной дыркой в голове лежать.
— Мне кажется, мы сможем его прищучить только в одном случае, — обреченно произнес я. — Если он допустит какую-то оплошность, а мы ее не прозеваем. Других шансов в принципе нет.
— Свежая, оригинальная мысль, — поаплодировал мне оперативник. — Как мы до такого сами не додумались?
— Не к месту шутишь, — неожиданно поддержал меня Стас. — По факту он прав. Всё, что нам остается — это охранять Сашку и следить, куда кривая выведет. Всё. Подходов к нему нет, ниточки все перерезаны. Как эти егеря нагрянут, так их и будем брать в оборот, если получится. Авось, чего и прояснится.
— Написали на бумаге, да забыли про овраги, — пробормотал Николай. — Знать бы еще, что это за егеря такие. Вот что он имел в виду? Хитрый, гад. Ведь с этим Арвеном он против всяких стандартов сработал. Мы у себя чего только не передумали, а он вон чего выкинул.
— Ждать, — уверенно
